При добыче сланцевого газа слишком велики экологические риски

09:59 17.07.2013 Армен Оганесян, главный редактор журнала «Международная жизнь»


Оганесян: Здравствуйте! Каждый год с наступлением лета и отпускного периода люди задумываются о том, какой будет погода. В наши дни стали задумываться глобально, что будет с погодой и климатом, в какую сторону он меняется и каковы последствия этих изменений не только для отпускников, но и для всего мира.

Мой собеседник - Алексей Олегович Кокорин. Он возглавляет программу "Климат и энергетика" Всемирного фонда дикой природы. Мы встречаемся уже не в первый раз. Каждый раз приходит очень много откликов на ваше выступление, потому что среди ученых не так много людей, к сожалению, которые могут говорить несложно, но не упрощая ситуации. Мой комплимент в ваш адрес - вы очень хороший популяризатор, поэтому такой частый гость нашей программы.

Кокорин: Спасибо. Буду стараться.

Оганесян: Давайте сейчас сфокусируемся на ситуации в центральных регионах России. Какой прогноз по ней на ближайшее будущее, если она поддается прогнозированию? Потом, может быть, вернемся к глобальным темам, в частности к тому, что не так давно произошло в Европе, - потрясающие наводнения.

Кокорин: Несмотря на жару, это называется арктическим антициклоном. Воздух, пришедший к нам с севера, с Баренцевоморского региона, область высокого давления, которое блокирует поступление холодного и влажного воздуха с Северной Атлантики. Пришел стоящий воздух. Он не очень высокой температуры, но изолировал нас от остального мира - Северной Атлантики, откуда в Россию обычно приходят циклоны, дожди, дождливое холодное лето. Если мы изолированы летом, особенно в тот момент, когда максимальные световые дни - в конце июня. В августе солнце существенно слабее.

Это означает, что мы прогреваемся солнцем, этому не мешает холодный воздух, чужие облака. Соответственно, температура достигает 31-32 градусов. Испаряется влага, которая тут же на нас и выпадает. Мы варимся в собственном котле. По иронии судьбы все это называется арктическим антициклоном.

Оганесян: Можно ли спрогнозировать, как долго это продлится?

Кокорин: Продолжаться это может достаточно долго. Эту воздушную массу должен кто-то вышибить, как в бильярде. Должно прийти что-то достаточно большое и тяжелое, какой-нибудь циклон. Обычный прогноз погоды - две недели. Больше - уже гадание на кофейной гуще. Антициклон может продлиться долго.

Оганесян: Вопрос о пожаростойкости наших регионов. Мы помним лето массовых пожаров. С тех пор было ли что-нибудь сделано в этом направлении, и каков ваш прогноз? Если антициклон будет стоять так долго, все будет как бы огорожено забором, что насчет угрозы пожаров?

Кокорин: Отличия от того, что было 3 года назад, есть. Они положительные и отрицательные. Положительные: нынешнее явление - это местный прогрев, местный воздух. Он более влажный и температура его несколько ниже. В 2010 году был занос очень горячего чужого воздуха с Сахары, с юга. Явление очень редкое. Тогда мы наблюдали более высокие температуры и полное отсутствие облачности и осадков. Сейчас осадки есть. Это, конечно, плюс.

Минусом я бы назвал следующее. Три года назад мы стали свидетелями крайне редкого аномального явления, чего-то невиданного. Мы можем ожидать повторения этого, но нечасто - примерно раз в 20 лет.

Повторения же того, что мы видим сейчас, мы можем ожидать каждый год. Это хорошо прописываемое явление, нанизываемое на одну и ту же логическую цепочку, которая связана с усилением парникового эффекта и маленькими, антропогенными явлениями. То, что такой антициклон у нас будет вставать летом чаще, конечно, плохо…

Версия для печати