Где наш воздушно-морской стратегический барьер?

00:00 28.05.2010 Андрей Кисляков, обозреватель журнала «Международная жизнь»


Несмотря на то, что сама концепция боевого применения стратегических вооружений в наши дни стремительно меняется, значение этих средств переоценить сложно. Россия пока традиционно придерживается в этом направлении ракетно-ядерного принципа, явно уступая современным армиям в развертывании сил стратегических в безъядерном исполнении. К последним относятся, прежде всего, части военно-морского флота.

Врагу не сдаемся…

Советско-российская военно-морская стратегическая составляющая исторически всегда не дотягивала до уровня нашего извечного военно-политического оппонента. Однако последние годы и вовсе показывают существенное «падение» подводного ракетоносного флота. Прежде всего, это связано с идеей любой ценой, невзирая на явную ущербность всей программы, принять на вооружение стратегическую ракету морского базирования «Булава».

30 мая, как сообщает Министерство обороны, наконец, объявят причины многочисленных неудачных испытаний этой ракеты. Но разве это что-нибудь изменит? Ровным счетом, ничего. Как продолжается эта программа уже многие, многие годы, так и будет продолжаться. Как были наши части Военно-морского флота, способные решать стратегические задачи в зачаточном состоянии, так, по-видимому, останется еще надолго.

«….Выполнив боевую задачу, самолеты вернулись на авианосец…». Подобные сообщения можно слышать уже не один десяток лет, оттуда, где происходили мало-мальски существенные военные конфликты. Вьетнам, Фолкленды, Югославия, и уж, конечно, Залив в ассортименте.

Иными словами, авианесущий флот сегодня - яркий и бесспорный пример использования военной силы для решения стратегических задач без применения ядерного оружия. В сегодняшнем непредсказуемом мире даже простое появление мощного корабля, сочетающего три вида Вооруженных сил, около побережья какой-нибудь «горячей точки» способно произвести решающее отрезвляющее действие на потенциального агрессора.

Сразу отметим, что сам по себе авианосец – создание, хоть и с виду грозное, но требующее сильного обеспечения. В этой связи общемировая практика, где «законодателями мод» исторически являются США, предусматривает действия авианосцев в составе авианесущих ударных групп (АУГ). В такой группе, помимо многоцелевого гиганта, действуют еще до 6 кораблей боевого эскорта, среди которых один - два крейсера УРО (управляемое ракетное оружие), один эсминец УРО, и два – три эсминца или фрегата противолодочной обороны. Конечно, нам американские стандарты далеко не указ, но пока нет никаких данных, что качественно-численный состав их АУГ не соответствует поставленным задачам и требует существенных изменений.

Нельзя сказать, что мы не понимаем роли авианосцев, да и флота в целом в современных боевых действиях. Однако понимание и практическое воплощение в жизнь этого понимания – суть разные вещи.

Согласно заявлению руководителя направления гособоронзаказа Объединенной судостроительной корпорации вице-адмирала Анатолия Шлемова, которое он сделал в начале прошлого года, новый авианосец все же разрабатывается. «Ученые и конструкторы уже приступили к работе над моделью будущего корабля, определен его облик. Вырабатываем требования, тактико-технические задания, проводим технические советы. Пока определено, что он будет атомным и иметь водоизмещение порядка 50-60 тысяч тонн», - сказал Шлемов.

Планируется построить, как минимум, три корабля для базирования на Северном и Тихоокеанском флотах.

Казалось бы, все хорошо. Министерство обороны всерьез взялось за выполнение президентского наказа от октября 2009 г. разработать программу строительства авианосцев, чтобы приступить к их созданию уже в ближайшие годы. Он выразил надежду на то, что к 2015 году можно будет выйти на конкретные результаты. При этом президент призвал быстрее определяться с местом производства новых авианосцев.

Но авианосец - не пушка, не танк и даже не межконтинентальная ракета. Это действительно глобальная система оружия, сочетающая пехоту, авиацию и флот. Причем, даже один корабль требует всего этого, сотнями и тысячами. Сможет ли современная военно-техническая база разработать и укомплектовать такой корабль без опасения, что к моменту спуска на воду он не устареет до «уровня пищали» и будет лишь числиться в авианосцах, подобно сегодняшнему «Адмиралу Кузнецову? Не уверен.

Спасибо, что мы, кажется, отказались от планов бывшего главкома ВМФ адмирала Владимира Масорина, который в середине 2008 г. сообщил о планах реформы отечественного ВМФ, итогом которой должно стать создание боеспособного океанского флота, располагающего второй в мире по численности группировкой палубной авиации. Точнее, в последующие 20 лет планировалось создать шесть АУГ, а это, в свою очередь, выведет Россию на второе место после Соединенных Штатов по мощи всего надводного флота. Возьмись мы всерьез за такое очередное «соревнование», военно-экономический коллапс приблизился бы, не скрываясь…

Но и с одним кораблем проблем хоть отбавляй. Практика диктует, что стоимость постройки современного авианосца с ядерной двигательной установкой (с другой – теряется смысл этой глобальной системы оружия) составляет около 4 млрд. долл. Месячные расходы по его содержанию (без жалования персоналу) - свыше 10 миллионов.

Отталкиваясь от запутанной-перезапутанной информации о состоянии отечественного оборонного бюджета, получаем, что при сегодняшнем финансировании оборонного ведомства примерно в 35 млрд. долл. в год и оборонном заказе чуть более 12 миллиардов, нам ежегодно только на само непосредственно строительство предстоит потратить более миллиарда долларов в год. Оставшиеся «на берегу» военные со всей своей амуницией, само - собой, остаются почти ни с чем.

И это лишь при нереально идеальных условиях, когда темпы работ выдерживаются с минутной точностью, и напрочь отсутствует, скажем, инфляция. Но военный бюджет далеко не резиновый и набирать обороты со скоростью торпедного катера не сможет. Иначе страна действительно по вполне объективным законам скатится в пропасть.

… Затем предстоит второй и третий, и, боюсь сказать, последующий корабль, в то время как придется уже содержать и эксплуатировать ранее построенные. Или планируется закладывать все, как теперь принято выражаться, пакетом? Тогда арифметика становится еще более внушительной.

Но, хорошо, построили корабль. Теперь его надо оснастить, в первую очередь, авиацией. Мы собираемся конкурировать с кораблями, которые несут только самолетов примерно по 90 единиц. У нас палубный истребитель СУ-33 появился из модифицированного изначально разработанного в конце 60-х годов для войск ПВО истребителя СУ-27.

Правда, уже упомянутый Анатолий Шлемов указал, что на перспективном авианосце будет базироваться новый палубный самолет, который придет на смену Су-33. «Это будет самолет пятого поколения с классическим горизонтальным взлетом и посадкой», - сказал адмирал. Но самолет этот и сам требует сначала окончания разработки, запуска в производство, длительных испытаний и только затем – принятия на вооружение. Совмести мы создание носителя с носимым, прокричим действительно «ура». К сожалению, отечественная действительность прецедента пока не имела.

Для полноты картины примечательно сообщение Центра анализа стратегий и технологий, что в России по состоянию на 2004 г. оставалось лишь 12 действительно «боеспособных» летчиков палубной авиации. К сожалению, более свежими данными не располагаю, однако не думаю, что это число увеличилось в разы. Отрадно, что в ближайшее время, по сообщениям СМИ, для российских палубных пилотов вновь заработает соответствующий тренировочный центр на территории Украины.

Тем не менее отметим, что команда «конкурента» составляет 3000 элитных военнослужащих плюс столько же – авиагруппа, прошедших жесткий отбор – конкурс за право служить в ВМС, а не шарахающихся весной и осенью от любого милиционера парней, которым остается рассчитывать лишь на номер телефона Комитета солдатских матерей.

Но даже, если все построить, вооружить и укомплектовать, то базировать, снабжать и ремонтировать не то, что несколько, одну авианосную группу негде. Из 4 флотов России для авианосцев пригодны Северный и Тихоокеанский. По данным 2008 г., с 1993 года на Северном флоте из-за недостаточного финансирования не введено в строй ни одного нового хранилища, плавбазы, стационарного причала. По сравнению с судостроительными гигантами, спускающими со стапелей новые корабли, судоремонтные заводы весьма прозаичны. Однако в настоящее время среди всех проблем поддержания боеготовности и боеспособности сил Северного флота самой острой является именно проблема судоремонта, что характерно для ВМФ в целом. В настоящее время судоремонт финансируется в пределах всего 6% от потребности. Только на Северном флоте более 200 боевых кораблей, подводных лодок, вспомогательных судов нуждаются в ремонте, тогда как за последние годы из них было отремонтировано менее 10%.

Где же мы были раньше…

А почему, собственно, российский флот не имеет настоящего авианесущего флота? Ответ на этот вопрос надо искать в военной политике СССР, который упрямо не хотел рассматривать концепцию авианесущих кораблей как полноценных морских аэродромов, использующих широкий спектр боевой авиации. В результате новое тысячелетие мы встретили даже без четко оформленной программы создания настоящих авианосцев.

В начале 70-х годов у СССР появилась реальная возможность построить настоящий авианосец, и тем самым положить реальное начало соответствующей программе. Отметим, что новый проект, получивший обозначение 1160, отвечал реально сложившемуся к тому времени военно-техническому соотношению флотов СССР и Соединенных Штатов, которые имели явное преимущество в надводных кораблях и многолетний опыт применения авианосцев.

Советский проект предусматривал постройку до 1986 г. трех атомных авианосцев с самолетами катапультного взлета Су-27 К. Главной задачей этих кораблей являлось максимально возможное сдерживание развертывания ударных авианесущих групп противника при тесном взаимодействии с морской ракетоносной авиацией и ударными подводными лодками.

Но в дело создания советских авианосцев вмешался их извечный оппонент - тяжелый авианесущий крейсер (ТАВКР). Надо сказать, что программа ТАВКРов широко поддерживалась в СССР, в частности, Дмитрием Устиновым, в начале 70-х годов секретарем ЦК КПСС по оборонным вопросам. Между тем гибрид крейсера и авианосца, нежизнеспособный сам по себе, породил к тому же ущербную по своей сути авиационную программу создания самолетов с вертикальным (укороченным) взлетом и посадкой.

Создать такую удачную модель удалось лишь одной компании в мире - британской British Aerospace с машиной Harrier.

В СССР программа «вертикальных» самолетов потерпела полное фиаско. Осенью 1991 г. во время испытаний самолет Як-41 М рухнул на палубу авианесущего крейсера «Адмирал Горшков» и сгорел. К счастью программу таких «яков» в 1992 г. свернули.

Но в середине 70-х проект настоящего авианосца 1160 заменили все теми же ТАВКРами, отбросив назад не только создание самих авианосцев, но и самолетов к нему. Между тем, превратить обычный истребитель в палубный за счет лишь небольшой модернизации невозможно. Машину приходится проектировать заново, т.к. конструкция палубного самолета испытывает при посадке нагрузки в 2-3 раза большие, чем у его «наземных собратьев».

Тем не менее, Устинов прекратил работы по проекту 1160, и на свет вместо этого в конечном итоге появился уже четвертый ТАВКР «Адмирал Горшков». История этого корабля, который, в конечном счете, пришлось-таки переделывать под настоящий авианосец, но только для Индии, - законный и бесславный итог существования ТАВКРов. Никому в мире и ни за какие деньги такие корабли не нужны.

Справедливости ради, отметим, что в России существует один авианосец, заложенный в 1982 г. на украинских верфях в Николаеве, - корабль «Рига». Он же - «Леонид Брежнев», он же - «Тбилиси», а с осени 1990-го - «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов».

Но можно ли считать этот корабль настоящим современным авианосцем? Вряд ли. Во-первых, он с котлотурбинной силовой установкой, которая, в отличие от ядерной, существенно снижает масштабы использования корабля. Далее, вместо паровых катапульт, применяемых для взлета палубных истребителей, используется носовой трамплин. Но только катапульта, согласно данным многочисленных экспериментов, гарантирует безопасный взлет самолетов в любых условиях и уменьшает зависимость от взлетной массы машины. Кроме того, число пригодных для этого корабля самолетов сегодня - единицы, а тренированных летчиков, как уже отмечалось, не наберется и двух десятков.

…В 2008 г. США ввели в состав действующего флота десятый атомный авианосец типа «Нимиц», а к 2013 г. планируют спустить на воду авианосец следующего поколения CVN-78 уже с электромагнитными катапультами, способным нести около ста самолетов, включая и беспилотные летательные аппараты. Стратегия, однако…

Версия для печати