Вторая Корейская: быть или не быть

13:43 21.03.2013 Армен Оганесян, главный редактор журнала «Международная жизнь»


В своей книге "О Китае" Генри Киссинджер пытался определить на карте мира самую взрывоопасную точку, которая могла бы спровоцировать третью мировую войну. По его мнению, главная угроза вырастает из целого клубка противоречий вокруг политического будущего Пакистана и его регионального окружения. Однакособытия на Корейском полуострове возвращают нас к старым, незалеченным ранам истории, рецидив которых опасно непредсказуем.

Выйдя из соглашения о перемирии, КНДР де-юре вернула разделенные части страны к состоянию войны. Вопрос о том, быть или не быть единому корейскому государству, бурно обсуждается по обе стороны теперь уже почти условной границы. Но в эти дни говорят об объединении исключительно в контексте взаимных военных угроз. Причем Сеул не скрывает, что будет действовать при поддержке широкой коалиции сил, и прежде всего США.

Можно ли в этих взаимных угрозах отделить риторику от реальных намерений сторон?

Партийная печать Северной Кореи предупреждает население и мир: "Надо быть готовым к любому повороту событий". И здесь тот редкий случай, когда пропаганде можно верить – Пхеньян не знает, как поступит в случае обострения ситуации внутри страны в результате введения санкций ООН. Лидерам и народу страны памятен страшный голод 1990-х, результаты которого дают о себе знать и сегодня. Но главное для нынешнего режима – не потерять лицо, сохранить ореол носителей исторической миссии в глазах народа.

Как сказал мой друг, которому в свое время довелось побывать с миссией ЮНЕСКО в КНДР: "Это не другая страна, это другая планета". Так сказал человек, большую часть своей жизни проживший в СССР. Об этом же свидетельствует американская журналистка Барбара Демик, получившая недавно в Вене ежегодную международную премию за лучшую книгу о правах человека. Книга целиком посвящена положению в КНДР, и автор признает, что нельзя недооценивать искренность веры северокорейцев в отношении своих лидеров: это не культ личности, это именно вера, доходящая до реального обожествления.

Если "отец корейского народа" Ким Ир Сен "вызывал цветение деревьев и растапливал снег", то рождение его сына "сопровождалось знаменем горящей звезды в небесах". Ласточка, спустившаяся с небес, пропела песню о "генерале, который будет править всем миром". Но, конечно, покоритель народов сначала должен объединить собственный народ. Без этого рушится вся парадигма будущего развития корейского народа и всемирной исторической роли их лидеров.

Вручение премии в Вене Барбаре Демик, возглавляющей отделение газеты "Лос-Анджелес таймс" в Пекине, совпало с обострением корейского вопроса после принятия Советом Безопасности санкций ООН. Откликаясь на злобу дня, журналистка высказала свою точку зрения о том, что только Северная Корея заинтересована в объединенной Корее, вероятно, имея в виду идеологические и экономические причины. Напротив, Южная Корея не стремится к такому развитию событий, ибо считает такое объединение слишком дорогостоящей затеей. Япония также не заинтересована в усилении своего экономического конкурента. А США не хотят терять повод для военного присутствия в регионе в условиях растущего влияния Китая. Уже позже, как бы в подтверждение этих слов, пришло сообщение о том, что Пентагон собирается разместить дополнительные средства ПРО на Аляске и в Калифорнии в ответ на "ядерную угрозу" со стороны КНДР.

Ну а что же Китай и Россия, которые проголосовали за санкции ООН в отношении Северной Кореи?

Китай не заинтересован в объединении Кореи. Для него предпочтительнее статус-кво. В Пекине не могут предположить, что процесс воссоединения разделенного народа будет проходить при определяющей роли Пхеньяна. А значит, Южная Корея станет еще более влиятельным соседом в регионе растущего противостояния между США и Китаем. Достаточно обратить внимание на резко возросший интерес Пекина к развитию своих военно-морских сил и торгового флота. Китай, реализующий программу морской экспансии, никаким образом не заинтересован в усилении Южной Кореи и ее союзника в Японском море. Вот почему риторика КНР сразу после решения Совета Безопасности стала умиротворяющей и сдерживающей крайне резкую и враждебную риторику США.

Что касается России, то она как раз заинтересована в объединении Кореи в одно государство, но без грома пушек и крылатых ракет. Под предлогом корейской угрозы, которая остается в значительной степени гипотетической, если говорить о способности северокорейских ракет нанести серьезный ущерб безопасности американцев, Вашингтон получает дополнительные аргументы в пользу развертывания новых систем ПРО уже на территории самих США. Это обстоятельство способно нарушить ядерный и противоракетный паритет между США и Россией. Если говорить об экономике, то Россия в первую очередь заинтересована в едином государстве как гаранте строительства корейской ветки "Газпрома" – амбициозного и выгодного проекта.

Столь несхожие подходы и интересы, с одной стороны, запутывают ситуацию, а с другой – создают видимость хрупкого баланса, как бы удерживающего ситуацию вокруг Кореи на краю серьезных потрясений.

Со своей стороны, южнокорейцы отнюдь не равнодушны к перспективе войны со своим "единокровным соседом". Южная Корея – вполне процветающее государство, привыкшее к мирной и благополучной жизни, и подрывать свое благосостояние войнами и слияниями оно не очень-то намерено.

Недаром в Южной Корее в непосредственной близости от северокорейской границы прошла целая серия митингов и манифестаций после объявления очередных совместных маневров с США. При всем значении геополитических раскладов не следует сбрасывать со счетов, что внутриполитическая ситуация в двух соседних странах может в какой-то момент сыграть роль более значительную, чем разобщенный "оркестр" внешних игроков.

Нынешний лидер Северной Кореи Ким Чен Ын – самый молодой среди всех глав государств в мире. С его личностью связаны совершенно особые ожидания северокорейцев. Если Ким Ир Сен носил имя "Вождя народа", теоретика корейского общенационального развития, то его последователя Ким Чен Ира называли "Великим руководителем", который был призван накопить духовные и материальные силы корейцев для осуществления заветов его отца. Но самым распространенным титулом Ким Чен Ира был "Полководец".

Разумеется, от молодого сына великого полководца, который был объявлен "Великим наследником", ожидают решительных действий, которые пока выливаются в заявления и угрозы превратить южнокорейские острова в "море огня".

Монолитность и всеобщность поддержки режима производит на Барбару Демик сильное впечатление, хотя она и публикует целую серию интервью с северокорейцами, бежавшими в Южную Корею. Однако ряд экспертов, включая российских, считает, что это не совсем так. Северная Корея – единственная страна, не имеющая выхода в Интернет. Страна максимально закрыта от посторонних глаз. Тем не менее ряд международных организаций сообщает, что в северокорейских концлагерях томятся 200 тыс диссидентов и оппозиционеров и 40 тыс христиан. К последним – особое отношение, поскольку вера в иного Бога, кроме Ким Ир Сена и его наследников, подрывает саму основу обожествленного режима.

Если не трещины, то трещинки в пресловутой монолитности, очевидно, существуют, а это означает, что для власти по-прежнему актуальна задача жесткой консолидации общества в условиях внешнего давления. Это делает Пхеньян все менее предсказуемым, а ситуацию на полуострове заводит в политический тупик, и соблазн выйти из него, применив военную силу, остается весьма вероятным.

Более 60 лет назад Соединенные Штаты в ходе Корейской войны запрашивали согласие Лондона на применение в отношении Кореи ядерной бомбы. Мир стоял на грани ядерной войны; англичане высказались против.

Сегодня порог этой войны для Кореи понизился. Вряд ли Пхеньян, прижатый к стенке экономическими санкциями и военной активностью у своих границ, будет с кем-то советоваться.

 

ria.ru

Ключевые слова: Газпром Международная политика КНДР

Версия для печати