Григорий Тищенко: «Для решения проблемы размещения ПРО США в Европе России необходимо занимать более активную позицию и продвигать свои интересы»

00:00 30.06.2011 Юрий Немцев, обозреватель журнала «Международная жизнь»


Тищенко Григорий Григорьевич, руководитель отдела оборонной политики Российского института стратегических исследований (РИСИ). Доктор экономических наук. Член Учёного совета РИСИ. Окончил Московское высшее техническое училище им. Н.Э.Баумана в 1975 году. После окончания института работал в НПО «Энергия». В 1979 году поступил в очную аспирантуру МАИ им. С.Орджоникидзе, которую закончил в 1982 году. В том же году защитил кандидатскую диссертацию. Работал в НПО им. С.А.Лавочкина. В 2005 году защитил докторскую диссертацию в ИМЭМО РАН РФ.

 

- Григорий Григорьевич, в настоящее время Соединённые Штаты Америки продолжают предпринимать шаги по созданию системы противоракетной обороны в Европе, не сильно прислушиваясь к российскому мнению. Что за ситуация складывается на сегодняшний день?

- США, невзирая ни на что, продолжают идти своим путем, наращивая потенциал в области ПРО. Их действия строго соответствуют планам, присутствующим, в частности, в проектах федерального бюджета, последнем «Четырехгодичном обзоре оборонной политики» и других официальных документах. Что касается российской позиции, то здесь мы, прежде всего, пытаемся каким-то образом противодействовать развёртыванию новых компонентов американской ПРО в Европе. Следует отметить, что в Европе уже существуют отдельные элементы ПРО США: это два американских крейсера с системой ПРО, РЛС системы раннего предупреждения о ракетном нападении в Великобритании, радар на северо-востоке Норвегии и другие. Не следует забывать о компонентах американской ПРО и в других регионах. Соединённые Штаты реализуют совместные проекты в области противоракетной обороны более чем с 20 странами. Они оказывают содействие Индии, Тайваню, другим государствам в создании собственных противоракетных систем. Сейчас раскручивается гонка в области ПРО, неминуемо ведущая к невиданной ранее гонке наступательных вооружений, способных нести, в том числе, и оружие массового поражения, а это катастрофа для Договора о нераспространении ядерного оружия и других соглашений в области контроля над вооружениями, и без того переживающих нелегкие времена. И начинает гонку не Россия, на которую уже сейчас инициаторы процесса готовятся повесить ярлык зачинщицы, в случае её отказа от сотрудничества в области ПРО и принятия ответных мер, а другие всем известные государства. После почти 30-летнего затишья в мире начинается резкое накопление «пороха», а в условиях растущей мировой дестабилизации загореться он может в любой момент. Такое развитие событий не устраивает Россию, ей совсем не нужна новая гонка вооружений.

- Со строительством ПРО складывается неоднозначная ситуация. Как её можно расценивать с российской точки зрения?

- Сейчас наблюдаются существенные различия между декларациями, с которыми выступают политические фигуры США, и тем, что следует из официальных американских документов. Если политики активно говорят о стремлении к миру и сотрудничеству, называя Россию партнером, то в реальных документах, лежащих в основе военного планирования, наша страна продолжает фигурировать далеко не партнёром. Получается, что Россия остаётся угрозой для США. И ждать положительного ответа на нашу просьбу о том, чтобы США в юридическом документе или декларации заявили о том, что Россия не представляет угрозу для Соединённых Штатов, на данном этапе бесполезно.

- Как Вы считаете, чем объясняется на сегодняшний день нежелание США подписывать такого рода договор?

- Прежде всего, необходимо вспомнить, что изначально ПРО задумывалась как инструмент парирования советской, а затем уже российской ракетной угрозы. В случае же заключения соглашения Соединённым Штатам пришлось бы в корне менять задачи системы ПРО, её архитектуру и характеристики. Возникает масса всевозможных последствий, которые США должны будут каким-то образом компенсировать. В конечном итоге может быть поставлена под вопрос вообще необходимость военного присутствия США в Европе, а этого допустить американская администрация ни в коем случае не может. Сейчас американцы проводят выгодную для себя политику. Есть декларации о безъядерном мире, о том, что надо идти к снижению уровня  противостояния, к сокращению ядерных вооружений. Они следуют этой логике, но в то же время развивают высокоточное, космическое вооружение. Например, не так давно появились оперативные документы по применению силы в космосе. Получается, что США вовлекают своих оппонентов в конкурентную борьбу в тех областях, где сильны именно они.

- В таком случае встаёт вопрос о нашей стратегии сдерживания.

- Основываясь на том, что у нас публикуется в открытой печати, мы видим, что наша страна стоит на несколько устаревших позициях, когда был биполярный мир и работала старая стратегия сдерживания. В связи с намерением американцев более активно использовать космос в военных целях, России необходимо активизировать усилия по введению запрета на испытания и развертывание в космосе любых видов оружия. США, вероятно, выступят против каких-либо соглашений по ограничению размещения вооружений в космосе, из которого они намерены контролировать мир после 2045 года. Соединённые Штаты сейчас де-факто пришли к новой стратегии сдерживания, когда противника они сдерживают не только с помощью ядерных средств. Мы тоже сейчас рассматриваем расширение стратегии сдерживания, однако должного внимания этой важной теме не уделяется.

- Размещение ПРО в Европе — это политический шаг? Или он подразумевает реальную угрозу с военной точки зрения для России?

- Я считаю, что военной угрозой со стороны ЕвроПРО не следует слишком запугивать себя, поскольку это мешает принятию рациональных контрмер, но и сбрасывать её со счетов тоже не следует. Сам американский конгресс сомневается в эффективности будущей ПРО. По мнению же американских военных специалистов, наземные системы ПРО, планируемые к развертыванию в Румынии и Польше, будут способны поражать российские ракеты, стартующие из европейской части нашей страны в направлении восточного побережья США, а мобильные РЛС, размещённые на континенте и вокруг него, позволят следить за разведением боеголовок межконтинентальных баллистических ракет РФ и развертыванием ложных целей, что чрезвычайно важно для Соединённых Штатов.

Определенную угрозу для России представляет развертывание на территории Эстонии и Латвии радаров большой дальности американского производства, дающих возможность контролировать воздушно-космическое пространство над балтийскими государствами и далеко за их пределами, способными решать также и задачи ПРО. Серьёзные опасения вызывает деятельность Норвегии по наращиванию потенциала в области ПРО. Возникает вопрос: зачем этой стране противоракетная оборона и от кого она собирается защищаться? У них на вооружении находятся 5 фрегатов с системой ПРО. Рассматривая угрозу российским ракетам со стороны Норвегии, необходимо принимать во внимание нахождение в непосредственной близости от границы с Россией одной из наиболее совершенных и секретных американских РЛС, предназначенной для сбора детальной информации об испытаниях российских ракет и решения задач ПРО. Станция связана с центром управления ПРО на территории США.

Системы противоракетной обороны в Балтийском, Северном и Баренцевом морях позволят после 2018-2020 годов осуществлять перехват российских ракет, летящих в сторону США из европейской части России через Атлантический океан и Северный полюс. Планируемые к развертыванию в Европе наземные и морские системы ПРО смогут в значительной степени "перекрыть" наши ракеты в европейской части страны.

- Как можно объяснить, что противоракетные системы предполагается разместить в Балтийском регионе, хотя потенциальная угроза, по словам американцев, приходит с южного направления?

- Траектории ракет, летящих из Ирана на Вашингтон, очень близки к траекториям ракет, стартующих из европейской части России в сторону восточного побережья США. Точно так же траектории китайских ракет, запущенных в направлении западной части США, близки к траекториям ракет, запущенных из КНДР в ту же сторону. Поэтому очень удобно объявлять для всех главными врагами Иран и КНДР, а делать всё против России и Китая. Размещение систем ПРО в соответствующем регионе позволит попросту сбивать наши ракеты, идущие в сторону США.

Если бы американцы действительно заботились о безопасности Европы, то они расположили бы системы ПРО южнее, как ранее предлагали сами европейцы: в Турции, Италии, Болгарии или Западной Германии. Для парирования "иранской угрозы" США должны были бы вцепиться в Габалинскую РЛС, принадлежащую России, поскольку она «светит» на Иран. Но она не «видит» России, поэтому пришлось поначалу поимитировать заинтересованность в ней, а потом все же отказаться. Следует добавить, однако, что США готовы модернизировать наши РЛС на Дальнем Востоке, направленные в сторону Китая.

- Как в таком случае необходимо реагировать на появление у наших границ стратегических сил противника?

- Основные меры, которые необходимо предпринимать России — это развитие возможностей наших систем по преодолению системы ПРО США, повышение эффективности нашей системы боевого управления. Возможных мер противодействия со стороны России достаточно и их необходимо предпринимать. Нашей стране требуется эффективная стратегия  планирования и управления. Как отстающему быстрее всего догнать лидера? Можно следовать в фарватере за ним, это легче, меньше средств и усилий надо тратить. Но тогда ты становишься потребителем вторичной продукции, вторичных технологий. А лидер, как занимал ведущую позицию, так и остаётся на ней. Второй путь — это фактически разработка прорывных технологий, в данном случае — принципиально новых вооружений. При дефиците средств и времени нужно проводить широкий спектр перспективных НИОКР, заканчивать их на стадии испытаний, позволяющих оценить эффективность новой концепции или технологии, а затем выявлять среди них действительно прорывные и разрабатывать дальше. Это рискованный путь, но именно его  нужно выбирать России, чтобы вырваться вперёд.

- Чего же стоит ожидать в ближайшем будущем?

- По моему мнению, постепенно завершится период однополярного мироустройства с военно-политическим доминированием США. Соединённые Штаты останутся влиятельным мировым игроком, но всё больше будут вынуждены полагаться на ключевых союзников и партнёров в проведении своей политики. Раньше существовала биполярная система, которая была устойчива. Сейчас мы находимся в стадии перехода от старой к новой биполярной системе. Говоря о многополярном мире, следует иметь в виду, что это некий переходный период. Многополярная система менее устойчива, обладает большим количеством степеней свободы: чем больше мировых полюсов, тем больше конфликтов.

- В случае образования нового биполярного мира кто станет его полюсами?

- Сейчас вырисовываются США и Китай. Но Китай пока не хочет становиться полюсом, он хочет ещё получить несколько десятков лет мирной жизни и строительства. Хочется верить, что Россия будет мощным полюсом. Как один из вариантов развития — возвращение к блоковой структуре. В таком случае будут мелкие стычки, происходящие между полюсами, но в целом система будет устойчива. Мы сможем наблюдать в мире определённое спокойствие, а не тот бушующий океан, который происходит сейчас. Это выглядит несколько агрессивно — вернуться к блоковым системам, но фактически один блок есть — НАТО — он никуда не девался, не распадался. Надо выстраивать второй мощный полюс.

- Подводя итоги, что бы Вы могли добавить?

- Хотелось бы пожелать, чтобы Россия имела более активную позицию на внешнеполитической арене. Необходимо проводить политику активного нейтралитета. Это трудно. Это значительно сложнее, чем примкнуть к кому-либо, например, к США или Китаю. Такая политика должна быть точно выверена и научно обоснована. Нужны инициативы. Не следует подхватывать предложения, идущие, в основном, с Запада. Надо энергично выступать с новыми интересными инициативами, занимать прагматичную позицию и продвигать наши интересы в мире. Если мы займём активную позицию, то противоположная сторона будет более сговорчивой.

Версия для печати