Казус Ливии и проблема государственного суверенитета

00:00 09.06.2011 Владимир Кузнечевский, ведущий научный сотрудник Российского института стратегических исследований, доктор исторических наук


Мартовские и апрельские народные революции в странах Северной Африки и Ближнего Востока, но в особенности события в Ливийской Арабской Джамахирии, привлекли активное внимание международной общественности к роли Организации Объединенных Наций в деле разрешения международных конфликтов. Центром дискуссий, в том числе и в Совете Безопасности ООН, стала проблема границ вмешательства мирового сообщества в политическую жизнь национальных государств, то есть проблема сохранения национального государственного суверенитета в современных международных условиях. Практически речь идет о судьбе принципов Вестфальской системы в отношениях между государствами*.

(*Созданная по инициативе Рузвельта и Сталина в феврале 1945 г. в Ялте Организация Объединенных Наций, базирующаяся на принципах Вестфальской системы 1648 г., должна была, по замыслу этих двух великих политических деятелей, обеспечить прочные условия по поддержанию мира и безопасности во всем мире на длительный исторический период. К сожалению, после смерти Ф.Д.Рузвельта 12 апреля 1945 г. эта модель приняла форму биполярного мира. Но и в этом виде ООН на целые полвека обеспечила миру состояние стабильности. Ни Корейская война, ни Берлинский и Карибский кризисы, ни другие события не смогли поколебать прочность этой модели. Но так было только до 1990-х гг., пока с исторической сцены не сошел Советский Союз, а роль ООН стала подменяться политикой президентов США. Все национальные конфликты в любой части света стали делом не столько Совета Безопасности ООН, сколько Вооруженных сил США под мантией НАТО. События в Югославии, Косове, Афганистане, Ираке уже были делом не ООН, а США и руководимого ими Североатлантического альянса. Вестфальская система с ее беспрекословным уважением национального государственного суверенитета стала практически размываться.)

По ходу развертывания ливийских событий в западных и российских СМИ был поставлен вопрос об отказе от принципов Вестфальской системы. Так, живущий в США русский эмигрант Николай Злобин, директор российских и азиатских программ Института мировой безопасности (г. Вашингтон), опубликовал в печатном органе правительства РФ «Российской газете» большой двухколонник под названием «Конец суверенитетов», сделав, по сути, заявление о том, что действующее до сегодняшнего дня в мире международное право, базирующееся на принципах Вестфальской системы, уходит в прошлое. «Трагедии, подобные японской или ливийской, - пишет он, - свидетельствуют о невозможности сохранять национальный нейтралитет». Ибо в XXI веке «нельзя сохранять приоритет полноценного суверенитета национальных государств по отношению к важнейшим интересам всего мирового сообщества, принцип невмешательства во внутренние дела извне или недопустимости обеспечения безопасности страны, региона или людей силами мирового сообщества извне. Иначе это ему - мировому сообществу - может слишком дорого обойтись. По крайней мере, так это видится мне из Вашингтона», - пишет Н.Злобин1.

Ливийские события действительно оказали дезорганизующее воздействие на Организацию Объединенных Наций и в особенности на ее исполнительный орган - Совет Безопасности.

Первыми по поводу «серьезных нарушений прав человека и международного гуманитарного права, которые совершались и совершаются в Ливийской Арабской Джамахирии», выступили такие мощные организации, как Лига арабских государств, Африканский союз и Организация Исламская конференция. 12 марта 2011 года Совет Лиги арабских государств принял решение обратиться в Совет Безопасности ООН с просьбой о введении бесполетной зоны для правительственной ливийской военной авиации, якобы уничтожающей мирное гражданское население страны.

Опираясь на этот документ, Франция выступила с инициативой рассмотрения ситуации в Ливии на заседании Совета Безопасности ООН, выставив требования о военном вмешательстве международного сообщества в ливийские события. Инициатива Франции была активно поддержана правительством США и Англии, у которых были свои собственные причины, толкавшие их на поддержку инициативы Парижа.

17 марта 2011 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию 1973 по Ливии. И хотя в преамбуле резолюции было подчеркнуто, что СБ ООН «вновь подтверждает свою твердую приверженность суверенитету, независимости, территориальной целостности и национальному единству Ливийской Арабской Джамахирии», а в пункте 4 резолюции было особо оговорено, что «при этом исключается возможность пребывания иностранных оккупационных сил в любой форме на любой части ливийской территории», пункты 6 и 8 уполномочивали «государства - члены ООН… принимать все необходимые меры для обеспечения соблюдения запрета на полеты в воздушном пространстве Ливийской Арабской Джамахирии, чтобы помочь защитить гражданское население».

Словосочетание «необходимые меры» в тексте резолюции не расшифровывалось, но коалиция западных государств истолковала эту клаузулу как возможность вооруженного вмешательства во внутренние дела суверенной Ливийской Арабской Джамахирии, поставив свои вооруженные силы на сторону одной из противоборствующих вооруженных групп в гражданской войне в Ливии, чем фактически было нарушено международное право, базирующееся на принципах Вестфальской системы.

Без всякого преувеличения можно констатировать, что это несанкционированное Советом Безопасности ООН вооруженное вмешательство в дела Ливии повергло в шок мировое и российское общественное мнение. В ФРГ это привело к тому, что она отказалась участвовать в бомбардировках ливийской территории. В российских СМИ мнения разделились. Часть экспертов посчитала, что России при голосовании следовало применить право «вето», а другая часть заявляла, что, исходя из национальных интересов, было принято правильное решение воздержаться от голосования в СБ ООН по резолюции 1973.

21 марта Президент России был вынужден разъяснить: «Мы пошли на это осознанно, таковы были мои инструкции Министерству иностранных дел».

Однако вслед за этим последовали события, которые повлияли на изменение позиции России.

Дело в том, что военные действия со стороны международной коалиции западных стран против законного правительства Ливии не привели к желаемому результату: повстанцы в Бенгази стали терпеть поражение за поражением от правительственных сил. В связи с этим последовало заявление глав внешнеполитических ведомств Франции, Англии и США (Алена Жюппе, Уильяма Хейга и Хиллари Клинтон) о том, что, вопреки резолюции СБ ООН №1970 от 26 февраля 2011 года о «полном» и «незамедлительном» запрещении «прямой и косвенной поставки, продажи или передачи Ливийской Арабской Джамахирии с ее территории или через ее территорию» «оружия и боеприпасов, военных машин и техники, полувоенного снаряжения и запасных частей», Запад тем не менее проявляет готовность обсуждать вопрос о поставках оружия так называемым ливийским повстанцам в практическом ключе.

После этого со стороны России последовал ряд официальных заявлений. Вначале официальный представитель МИД РФ, а потом и сам Сергей Лавров заявили, что резолюция 1973 была «принята поспешно», а «расширительное толкование» ее текста западными странами - и в особенности неоправданные размеры вооруженного вмешательства в ливийские дела - неприемлемо. В виде разъяснения новой позиции российская дипломатия выдвинула два аргумента. Во-первых, разрешения на бомбардировку ливийской территории в тексте резолюции 1973 не содержалось. А во-вторых, было констатировано, что в Ливии идет гражданская война. В этой ситуации, осуществляя массированную бомбардировку ливийских правительственных войск, коалиция западных государств де-факто встала на сторону только одной из противоборствующих в Ливии сил, что противоречит международному праву.

25 марта синхронно с позицией МИД РФ обозначил свою позицию и Китай. Постоянный представитель КНР при ООН Ли Баодун заявил, что Китай выступает «за уважение суверенитета, независимости, единства и территориальной целостности Ливии», за то, что «государственные дела и будущее Ливии должны быть решены самим ливийским народом». 5 апреля 2011 года Россия и КНР выступили с совместным заявлением. На сайте МИД РФ в этот день появилось сообщение о том, что в Москве на встрече заместителя министра иностранных дел РФ Александра Салтанова и посла КНР в России Ли Хуэйя была выражена «серьезная обеспокоенность» в связи с продолжающимися в Ливии боевыми действиями, ведущими к гибели мирных граждан, и подчеркнута «настоятельная необходимость незамедлительного прекращения огня и кровопролития».

Сухие протокольные строчки мидовского сообщения незадолго до этого разъяснил орган ЦК КПК газета «Жэньминь жибао». В статье, озаглавленной «События в Ливии: западным странам следует отказаться от идеи управления миром»2, говорится: «Под предлогом защиты интересов мирных жителей защищаются интересы западных стран не только в экономической сфере, но и в том, что ведущие государства Запада по-прежнему считают, что они управляют миром… Именно эта идея о ведущей роли подтолкнула Францию, Великобританию и США не задумываясь начать военную операцию в Ливии». И далее: «Сознание руководящей роли в мире в прошлом принесло немало трудностей некоторым западным странам. Новые сложности отнюдь не соответствуют интересам государств Запада в долгосрочной перспективе. В мире происходят изменения, Западу также необходимо меняться. Если постоянно придерживаться старых позиций, применять прошлые методы для решения тех или иных вопросов, то можно не только причинить вред другим, но и погубить себя».

Пекин устами своих профессиональных дипломатов и газеты «Жэньминь жибао» всего лишь мягко призывает западную военную коалицию, так сказать, вернуться в правовое поле международного права. Но на самом-то деле речь идет о вещах гораздо более глубоких. Расширительное толкование резолюции 1973 и последовавшие вслед за этим действия коалиции западных государств поднимают вопрос не столько о Ливии и происходящих на ее территории событиях, сколько о проблеме адекватности роли ООН реальной ситуации в сфере изменяющейся международной обстановки. Даже первый анализ происходящих в этой области событий и откликов на них в сфере мировых средств массовой информации показывает, что речь идет об адекватности принципов Вестфальской системы международных отношений реалиям XXI столетия.

По мнению многих российских и западных экспертов, в ливийской ситуации коалиция западных стран сама себя загнала в правовую ловушку. Париж, Вашингтон и Лондон громогласно заявили, что Каддафи должен быть устранен с должности лидера Ливийской Джамахирии, объявлен международным преступником, а между тем никаких правовых оснований к этому предъявлено не было. Что бы ни говорили в оправдание своих военных действий руководители западных держав, никто из них не опровергает того факта, что М.Каддафи является легитимным главой государства. Поэтому Западу пришлось давать задний ход и начать уговаривать Каддафи добровольно покинуть Ливию.

Более того, официальный Вашингтон и еще в большей степени Лондон теперь уже не пытаются просто свергнуть Каддафи или даже убить его (а такая информация в мировых СМИ присутствует), а уговаривают его добровольно отказаться от власти в обмен на закрытие его дела в Международном суде. Как пишет английская «Гардиан», Вашингтон и Лондон «пытаются сформировать мировой консенсус с требованием, чтобы Каддафи отказался от власти»3.

Одним словом, Запад вернулся к тому, что вновь признал Каддафи легитимным главой государства. Ловушка захлопнулась.

Но ловушка, в которую они себя загнали, продолжает диктовать им ту логику поведения, в которую они добровольно влезли. Выражается это в том, что, уговаривая Каддафи добровольно уйти в отставку, Париж, Лондон и Катар одновременно с этим вдруг поспешно признают законным правительством Ливии совершенно непонятное образование, которое не имеет никакой легитимности даже в их собственных глазах,   - так называемый Национальный переходный совет, который не имеет организационных структур и непонятно из кого состоит. Все та же «Гардиан» откровенно признает: нам «крайне важно, чтобы мы лучше поняли, кто они», люди, составившие этот национальный совет.

На самом деле объединенные силы Запада с помощью военного вмешательства расчищают путь к власти, по сути, неизвестным силам. Западные военные (как, например, адмирал НАТО Ставридис) говорят прямо: в этом национальном совете присутствуют террористы, «Братья-мусульмане», представители «Аль-Каиды», члены ливанского движения «Хезболлах» и еще бог знает кто.

Словом, Запад, похоже, совершенно запутался в своих действиях с позиций толкования статьи 51 Устава Организации Объединенных Наций. А эта статья гласит о «неотъемлемом праве на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдет вооруженное нападение на члена Организации, до тех пор пока Совет Безопасности не примет мер, необходимых для поддержания международного мира и безопасности».

23 марта 2011 года лондонская «The Independent» поместила статью Эдриана Хэмильтона «Конец мира как мы его знаем», где было констатировано, что мир «изменился навсегда», что события в Северной Африке и на Ближнем Востоке являются «предвестием более глобальных перемен», предсказать конец которых (и форму этого конца) невозможно. «Мы, - пишет автор, - пока даже не приближаемся к этому знанию. Но в чем я уверен, так это в том, что История пришла в движение, и мы лишь в самом начале оного».

Самое любопытное, что выход из этой неизвестности автор видит в немедленном возрождении роли ООН. «В начале года ООН выглядела как полностью исключенный из мировых процессов и утративший авторитет институт, когда Президент Обама преследовал свои собственные цели, а остальной мир по большей части ООН игнорировал», но теперь «ООН снова, как это было в дни холодной войны, рассматривается как то, на основе чего должно строиться международное сотрудничество».

В России точки зрения экспертов на этот счет разнятся.

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Ф.Лукьянов в комментариях «Ливийская воронка»5, просто-напросто ушел от международной оценки роли ООН в ливийском конфликте, спрятавшись за слова не названного им «одного из самых именитых европейских дипломатов», который, как говорит Ф.Лукьянов, мрачно спрогнозировал, что «полный хаос может оказаться едва ли не оптимальным исходом в данном случае».

Главный редактор журнала «Международная жизнь» Армен Оганесян 24 марта был более конкретен: «Последняя резолюция ООН неизбежно подтолкнет процесс реформирования этой организации, причем в направлении пересмотра роли Совета Безопасности, что, разумеется, не отвечает интересам России»6.

Еще конкретнее на этот счет высказался директор Московского центра Карнеги Дмитрий Тренин. В интервью INOСМИ.Ru 19 марта 2011 года он предложил для размышления ряд вопросов на эту тему. «Мир становится все менее похожим на Вестфальскую модель суверенных государств, - сказал он, - и принципы невмешательства во внутренние дела друг друга все больше противоречат принципам человечности. Как в этих условиях относиться к массовым нарушениям прав человека, которые совершают правительства суверенных государств? Где пролегает порог вооруженного вмешательства? Каковы стандарты подходов, кто судьи и кто исполнители? Закрывать глаза на эти проблемы, ограничиваясь лишь критикой интервенции, нельзя: глобализация формирует международное сообщество. Без решения этих вопросов международные отношения все чаще будут становиться заложником внутренней политики тех стран, которые будут создавать поводы для интервенции, и тех, которые станут - с охотой или без - на них реагировать»7.

Как выходить из этой ситуации? И надо ли вообще выходить? Западу, похоже, нужды в этом нет. Правящие слои ведущих западных стран вполне устраивает сложившаяся в мире после 1991 года ситуация, при которой их страны могут силой оружия решать вопросы собственного снабжения энергоресурсами, сырьем, реализации у себя и за пределами своих национальных границ производимой ими промышленной, сельскохозяйственной и информационной продукции. Именно поэтому еще в 2003 году бывший государственный секретарь США Генри Киссинджер поспешил объявить о «бессмысленности идеи государственного суверенитета» и «смерти Вестфальской системы»8.

Но и в Вашингтоне с этим вопросом не все однозначно. Через две недели после публикации цитированной выше статьи в «Российской газете», когда коалиция западных держав в их действиях в Ливии потерпела хоть и временное, но все же фиаско, тот же русский советник американского правительства Н.Злобин снова выступил в той же газете с новой статьей с существенными коррективами своей точки зрения. Статья называется «Еще раз о миропорядке», а суть ее выражена в изобретенной им новой максиме: «В отношении Ливии нужна не только политическая, но и общественная легитимность».

«Военная операция в Ливии, проводимая по решению Совета Безопасности ООН (в резолюции СБ ООН 1973 нет ни единого слова о том, что СБ ООН будто бы разрешает проводить военную операцию в Ливии. - В.К.), поставила перед мировым сообществом немало новых и трудных вопросов, на которые надо искать ответы. Причем, во-первых, желательно искать эти ответы вместе, чтобы невольно не способствовать еще большему расколу мирового сообщества, ведущему к масштабной дестабилизации мира, а во-вторых, искать поскорей, ибо неясность в понимании основополагающих правил нового миропорядка, основ международного права является мощной бомбой замедленного действия, закладываемой под международные отношения»9.

Вновь повторяя свое сознательно ошибочное утверждение, что «легитимность международной военной операции в Ливии является беспрецедентной в новейшей истории мира», Н.Злобин тем не менее вынужден констатировать, что так называемая «правовая ооновская легитимность не дала военной операции в Ливии легитимности политической, общественной, да и просто человеческой».

«В результате складывается парадоксальная ситуация, когда полностью правомерная и легитимная операция международных сил в Ливии (как уже указано выше, точка зрения Н.Злобина не подтверждается текстом самой резолюции 1973. - В.К.) выглядит чуть ли не спровоцированной агрессией и вызывает протесты в разных странах мира. Получается, что в современном мире СБ ООН уже не играет роли верховного регулятора международных отношений? Если это так, то мы стоим перед проблемой окончательной потери международными институтами, которые достались нам в наследство от периода холодной войны, своего соответствия современному мировому процессу. Эту проблему надо решать как можно скорее, в том числе, возможно, через инициирование новых, современных международных институтов, пока нынешний бесполярный миропорядок не обратился в глобальный хаос». Заканчивает свою «поправку» к первой статье по Ливии Н.Злобин так же, как и первую: «По крайней мере, так это видится мне из Вашингтона».

Концовка говорящая. Советник американского правительства признает, что действия США в отношении Ливии вызвали раскол в мировом общественном мнении и именно это и привело к тому, что в вопросе с Ливией США предпочли оставить Францию и Англию один на один с расколотым миром.

Ливийский казус, похоже, стал действительно поворотной точкой для нынешнего американского правящего слоя и заставил его более глубоко задуматься над оправданностью своих действий в мире в последние 20 лет.

В настоящий момент только у нашей страны имеется в наличии официальная позиция, позволяющая сдвинуть этот вопрос с мертвой точки.

Только в наших государственных документах зафиксирован концептуальный подход к решению таких казусов, каким стал ливийский инцидент. Прежде всего это относится к Концепции внешней политики Российской Федерации, где четко прописано, что «центром регулирования международных отношений и координации мировой политики в XXI веке должна оставаться Организация Объединенных Наций, которая наделена уникальной легитимностью и доказала свою безальтернативность… Это предполагает… дальнейшее повышение эффективности деятельности Совета Безопасности ООН, несущего главную ответственность за поддержание международного мира и безопасности».

Однако одновременно с этим в концепции подчеркнута необходимость «рационального реформирования ООН в целях ее планомерной адаптации к меняющимся политическим и экономическим реалиям в мире».

Российская Концепция внешней политики является пока единственным в мире официальным документом, который ставит задачу адекватного международным реалиям реформирования ООН на основе международного консенсуса.

Как добиться этого?

Выход из нынешнего положения видится только один - правовой. Чтобы не опираться ни на какие голословные заявления людей, социальных групп, правительств отдельных стран в вопросе о том, когда международному сообществу следует (или, наоборот, не следует) вмешиваться во внутренние дела какого-либо государства, то есть нарушать национальный государственный суверенитет какой-либо страны, ООН должна выработать соответствующие международные правила и закрепить их волей большинства стран - членов ООН (или даже консенсусом). Разработать соответствующие критерии такого вмешательства (или, наоборот, невмешательства).

Перед властями России казус Ливии ставит по меньшей мере две неотложные задачи.

Внести такие изменения в Концепцию внешней политики РФ, которые более четко прописали бы легитимную возможность защищать территориальную целостность страны и легитимную власть в стране в том случае, если кто-то посягнет на нашу независимость извне или изнутри.

Открыть международную дискуссию по поводу более точной формулировки статьи 51 Устава ООН, с тем чтобы по возможности точно определить, когда идет речь о нарушении государственного суверенитета национального государства со стороны внешних сил и со стороны внутренних мятежных сил и организаций. Точнее прописать механизм защиты законной власти от внешних и внутренних посягательств, а также пределы законного с точки зрения международного права вмешательства (невмешательства) в такую ситуацию со стороны международного сообщества.

Речь идет о существенном «ремонте» основополагающих документов ООН, и прежде всего Устава ООН, с учетом изменившихся со времени 1946 года международных условий. У российской внешней политики есть все основания, опираясь на Концепцию внешней политики РФ, выступить с предложением начать обсуждение в международном масштабе темы о возможных изменениях в Уставе ООН, адекватных тем изменениям, которые произошли в мире со времени Ялтинских соглашений.

 

 

1Российская газета. 23.03.2011.

 2http://russian.people.com.cn./95460/7338559.html

 3Guardian. 29.03.2011.

 4www.globalaffairs.ru/redcol/liviiskayavoronka-15153

 5www.rian.ru/authors/20110324/357382681.html

 6www.inosmi.ru/op-ed/20110319/167517176.html

 7Die Welt. 05.05.2003.

 8Российская газета. 06.04.2011.

 

Ключевые слова: Ливийская Арабская Джамахирия, национальный государственный суверенитет, Вестфальская система, международное право, ливийский казус, СБ ООН.

Версия для печати