Военная стратегия 2011 – конец «Американской трагедии»?

00:00 10.02.2011 Андрей Кисляков, обозреватель журнала «Международная жизнь»


Если определить одной фразой значение новой американской Национальной военной стратегии, которую 8 февраля озвучил адмирал Майк Маллен, председатель Объединенного комитета начальников штабов Вооруженных сил США, то следует сказать: Америка увидела остальной мир.             

Военно-политическое руководство Соединенных Штатов осознало, что стремление к безраздельной гегемонии, в частности, в военной области, - путь тупиковый. К тому же, чреват серьезной опасностью, о чем говорит, например, беспрецедентный за последнюю декаду всплеск антиамериканизма в мире. Самый свежий пример – Египет, страна, которую на протяжении не одного десятка лет США считали своим основным союзником в регионе.  

Так что, смена военно-политической риторики в Белом Доме совсем не случайна.

«США, стремясь к приверженности международным нормам, будут использовать военную силу в тесном взаимодействии с союзниками и партнерами во всех случаях…», отмечается в документе. 

В стратегии, как отметил  адмирал Майкл Маллен, «излагаются пути и средства, используя которые, наши военные будут продвигать национальные интересы, определенные в Национальной стратегии обеспечения безопасности от 2010 года».

В чем же американские военные видят свою цель? В документе представлены основные задачи Пентагона: «противодействовать насильственному экстремизму, сдерживать и отражать агрессию, укреплять международную и региональную безопасность, формировать будущие вооруженные силы».

«Нашим главным приоритетом остается обеспечение безопасности американского народа, нашей территории, нашего образа жизни. Мы будем продолжать предотвращать нападения на США и их союзников, укреплять международную и региональную безопасность и быть готовыми к отражению агрессии, которая могла бы подорвать международную стабильность в то время, как мы ведем военную кампанию в Афганистане и противодействуем насильственному экстремизму по всему миру», - говорится в стратегии.

Однако вполне логичен вопрос. Разве, скажем,  в 2004 году задачи американских Вооруженных сил резко контрастировали с выше перечисленным? Отнюдь. Все дело в том, как достигаются поставленные задачи. Методы предыдущей американской администрации, мягко говоря, нравились далеко не всем, что привело к серьезному обострению международной обстановки.

Но победили  здравый смысл и современные реалии. Если в 2004 году основной задачей армии декларировалась защита Соединенных Штатов, предотвращение внезапных нападений через обеспечение превосходства над противником, то теперь делается упор на «укрепление международной и региональной безопасности».

В этой связи обнадеживает пассаж документа, посвященный взаимодействию с Россией.  «Мы будем укреплять диалог и военное сотрудничество с Россией, основываясь на наших успешных усилиях по сокращению стратегических вооружений. Мы намерены стремиться к сотрудничеству с Россией в сферах контртерроризма, противодействия распространению ядерного оружия и материалов, космоса и создания системы ПРО, и мы будем приветствовать ее более активную роль в обеспечении безопасности и стабильности в Азии».

По существу, основной американский военный документ открывает дорогу к дальнейшему взаимодействию по основным «болевым точкам» двухсторонних отношений.   

Версия для печати