Россия и США могут стать не номинальными, а реальными союзниками

00:00 22.06.2010 Андрей Кисляков, обозреватель журнала «Международная жизнь»


Вполне вероятно, что нынешний российско-американский саммит, несмотря на остроту повестки, может стать за последние годы самым эффективным ускорителем развития двухсторонних отношений. По существу, встреча лидеров России и Соединенных Штатов в Вашингтоне 22-24 июня посвящена одному принципиальному вопросу – международной безопасности. На практике эта тема означает сегодня выработку устраивающей всех политики в отношении стран, способных в ближайшее время обзавестись оружием массового поражения. Следовательно, не будет преувеличением сказать, что Дмитрий Медведев и Барак Обама львиную долю времени уделят ситуации вокруг Ирана.

Но каким образом «иранское дело», которое столько лет служило нестачиваемым клином в отношениях обеих стран, может помочь сближению сегодня? Ведь не секрет, что малопонятная всему миру ядерная программа Ирана стала официальным поводом для США форсировать работы по всему спектру противоракетной обороны. С другой стороны, именно ПРО, как ничто иное разводит наши государства по разные стороны.

Однако времена меняются, и не всегда в худшую сторону. Между тем, история вопроса такова. В первой декаде июня Совбез ООН принял четвертую по счету резолюцию в отношении Ирана. В документе содержится призыв ко всем государствам-членам ООН проявлять бдительность в отношении денежных переводов с участием иранских банков с целью пресечь поддержку ядерной программы страны.

Кроме того, в резолюции оговаривается создание международного механизма контроля, который позволит отслеживать передвижения грузовых судов и осуществлять их досмотр в том случае, если существует подозрение, что на них находятся грузы, имеющие отношение к иранской ядерной и ракетной программам. Предусматривается расширение списка запрещенных к продаже Ирану вооружений.

Резолюцию после длительного обсуждения поддержала Россия, что спровоцировало жесткую критику со стороны Ирана. Зазвучали даже призывы «Смерть России!». Удачными такие действия Тегерана назвать трудно. В свою очередь премьер-министр России Владимир Путин после бурных выступлений иранцев сделал весьма сбалансированное заявление о том, что работы по Бушерской АЭС будут завершены в любом случае, и станция заработает уже к августу. Иными словами, Тегерану дали наконец-то понять – мирный атом – это одно, а бомба – совсем другое, и рассчитывать «стражам исламской революции» не на кого.

Ахмади Нежад уже сравнил предпринимаемые мировым сообществом меры с «назойливыми мошками», на которых Тегеран не будет обращать внимание.

Можно, конечно, все назвать мошками или еще чем-нибудь, только проку от этого Ирану явно не будет. А, вот Россия и США, похоже, с легкой руки иранского лидера получили возможность все-таки принципиально договориться о сотрудничестве в области ПРО. Тем более что какой-никакой, а фундамент под грядущую российско-американскую ПРО-стратегию уже положен.

В сентябре прошлого года президент Обама объявил, что отказывается от предложенного его предшественником Джорджем Бушем плана размещения в Польше 10 противоракет шахтного базирования, в частности из-за того, что они смогут перехватить, согласно расчетам военных, всего лишь пять иранских баллистических ракет. Вместо этого было решено реализовывать четырехэтапный проект, рассчитанный до 2020 года и «дающий нам возможность обеспечить защиту наших войск, объектов и союзников в Европе отметил Гейтс.

Новый подход предполагает развертывание вокруг Европы и на территории двух стран - Румынии и Польши - противоракет SM-3 как морского, так и наземного мобильного базирования. Гейтс выразил уверенность в том, что разрабатываемые сейчас системы ПРО, в том числе находящиеся в процессе усовершенствования и модификации перехватчики SM-3, смогут противостоять подобной угрозе.

Для российских военных и политических кругов отказ США от перехватчиков наземного базирования GBI в Польше, которые теоретически могли противодействовать российским стратегическим ракетам, стало важным стимулом пересмотреть непримиримую ранее позицию в отношении американской ПРО. Этому способствовали и многочисленные заявления, в частности, министра обороны США Роберта Гейтса о том, что, по сути, «все идущие переговоры попросту представляют собой попытки добиться готовности (Москвы) стать партнерами для нас и европейцев в плане региональной системы ПРО». Так недвусмысленно обращался к конгрессменам Гейтс накануне нынешней вашингтонской встречи.

В свою очередь, Дмитрий Медведев, отвечая на вопросы влиятельной The Wall Street Journal в преддверии саммита выразил сомнения, что иранская ядерная программа носит исключительно мирный характер. Более того, российский президент опасается, что если в Иране «возникнет угроза создания ядерного оружия, это будет очень большой проблемой для Ближнего Востока… Когда я посещал некоторые страны Африки, страны Ближнего Востока, то мне прямо было сказано, что наличие ядерного оружия у Ирана спровоцирует волну создания ядерного оружия, атомных бомб у целого ряда государств, которые расположены там. Ну а если оно появится в таком количестве, вот это будет очень страшная угроза».

Лучшего бальзама на американские раны, полученные в «ПРО-боях», трудно себе и представить. Тем более, что поднес его еще недавний главный оппонент.

Если «назойливые мошки» соединятся с твердой политической волей, то Россия и США станут не номинальными а реальными союзниками. А это значит, что расползанию ядерного оружия по планете будет выстроен непреодолимый барьер.

Версия для печати