Долларовая накачка и китайский экспорт: что общего?

00:00 13.11.2010 Александр Салицкий, доктор экономических наук, главный научный сотрудник ИМЭМО РАН


Незадолго до Сеульского саммита «Двадцатки» в США произошло два давно предсказывавшихся события. 2 ноября демократы проиграли выборы в Палату представителей, а 3 ноября Федеральная резервная система объявила об очередной закачке долларов в американскую экономику. Речь идет о 600-миллиардном выкупе казначейских обязательств. Второе событие послужило предметом самых разных комментариев официальных лиц и аналитиков.

Удивил один из них. Нобелевский лауреат Пол Кругман, близкий к демократам и превосходный специалист по американской экономике, опубликовал небольшую статью под заголовком «Когда Китай экспортирует – платят все». Оправдывая упомянутый выше ход Федрезерва, П. Кругман, в частности, критикует тех европейцев, которые усматривают в данной мере желание США укрепить за счет слабого доллара свои внешнеторговые позиции. Мол, дело не в этом, пишет известный экономист. Накачивая эмиссию и ослабляя доллар, США увеличивают будущий спрос в мировой экономике. А вот Китай-де ведёт себя прямо противоположным образом, повышая ставку процента и эгоистично борясь с инфляцией.

П. Кругман при этом, увы, повторяет расхожий тезис о «заниженном» курсе юаня и утверждает, что Китай с помощью этого инструмента «обирает соседей». А, борясь с инфляцией, снижает спрос в мировой экономике в отличие от благодетельствующей весь мир ФРС.

При мало-мальски тщательном знакомстве с фактами и статистикой такие суждения уважаемого Нобелевского лауреата повисают в воздухе. И дело не только в том, что глобальный финансовый кризис возник то ли по недосмотру, то ли по умыслу хозяев Федеральной резервной системы, а платить за это пришлось всей планете. И даже не в том, что о занижении курса юаня в период кризиса говорить неправомерно: КНР в отличие от ряда её конкурентов в Восточной Азии, девальвировавших валюты в 2009 г., сохранила жёсткую привязку валюты к доллару и начала ревальвацию минувшим летом при растущей инфляции, то есть сознательно проигрывая другим экспортерам в ценовой конкурентоспособности. Достаточно посмотреть на динамику и абсолютные масштабы той поддержки, которая каждая страна оказывает соседям по планете, импортируя их товары (если уж экспорт – это зло).

В 2008-2010 гг. КНР, предприняв решительные меры по стимулированию реального сектора (а не просто закачке денег в финансовую систему), добилась сохранения положительной динамики в своем хозяйстве. Эта динамика, в свою очередь, помогла значительно смягчить резкое сокращение импорта всеми ведущими развитыми странами в 2009 г. Так, в США этот показатель сократился на 26%, в Японии на 28%, в Германии – на 21%. В Китае же импорт упал лишь на 11%.

Сокращение экспорта США в 2009 г. (18%) было куда менее глубоким, чем падение импорта, в КНР же, наоборот, экспорт сократился на 16% – в большей степени, чем импорт. В результате в течение всего кризисного периода торговый актив Китая уменьшался, а в марте 2010 г. импорт в эту страну впервые за много лет превысил её экспорт. Вскоре, впрочем, ситуация вернулась в привычное русло. Тем не менее, по результатам первых семи месяцев года положительное сальдо торговли Китая (84 млрд. долл.) было почти на 40 млрд. долл. меньше, чем за тот же период 2009 г.

Заметим также, что в 2009 г. КНР не только стала ведущим мировым экспортером, но и заняла второе место после США по объему ввоза. Уже в начале нынешнего года ежемесячный объём китайского импорта перекрыл докризисный показатель. США же в августе 2010 г. ввезли товаров на 30 с лишним миллиардов долларов меньше, чем в июле 2008 г.

В середине 2010 года темпы роста китайского экспорта повысились (что, по-видимому, и стало причиной возобновления ревальвации юаня). Не исключено, что выход экспортного сектора китайской экономики из тяжёлого положения будет затруднён действиями ФРС. К этому в Китае, как представляется, отнесутся по-разному. Правительство продолжит в умеренном темпе ревальвацию юаня: в стране и так стремятся постепенно выровнять международные платежи, не увеличивая чрезмерно и без того гигантские резервы. В экспортном секторе вновь придётся «затягивать пояса».

Для КНР хуже другое – начавшийся приток в страну «горячих денег» усугубляет перегрев экономики. В отличие от многих других государств, где радости финансовых спекулянтов обыкновенно перевешивают здравый смысл, в Китае стремятся обеспечить хозяйству страны достаточно стабильные условия работы. Отсюда и неизменная постепенность изменений в валютной политике. Отсюда – и вполне объяснимое раздражение действиями ФРС, такую стабильность подрывающими.

Вместе с тем китайские обозреватели не склонны видеть в политике ослабления доллара что-либо, выходящее за рамки права Соединённых Штатов самостоятельно выбирать меры поддержки собственной экономики. Странно, что П. Кругман, считающий себя либералом и не раз выступавший против избыточного протекционизма республиканцев в Америке, пытается представить Китай врагом мировой экономики.

Здесь, пожалуй, уместно вспомнить одну из формул участия в процессах глобализации, выработанную в Пекине на заре подключения КНР к этим процессам. Она гласит, что каждое правительство отвечает перед остальным миром состоянием экономики своей страны. Китайский экспорт и курс юаня тут решительно не при чём.

 

 

www.fondsk.ru

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Версия для печати