Японский историк: судьбу Курильских островов можно решить

00:00 02.11.2010 Александр Гасюк, кандидат исторических наук


ВАШИНГТОН, 02.11.10

С посещением президентом России Дмитрием Медведевым южных Курил и последовавшей на это бурной реакцией Токио на первый план вновь вышли состояние и перспективы развития российско-японских отношений. После окончания Второй мировой войны Япония неизменно заявляет, что Курильские острова - Кунашир, Итуруп, Хабомаи и Шикотан - были незаконно оккупированы советскими войсками, и требует вернуть так называемые "северные территории".

«Международная жизнь» побеседовала с профессором, доктором исторических наук Колумбийского университета в Санта-Барбаре Цуёси Хасегавой (Tsuyoshi Hasegawa), имеющим японские корни, об исторической подоплеке текущего территориального спора между "страной восходящего солнца" и Россией и роли СССР в окончании Второй мировой войны на Тихом океане.

 

Профессор истории Цуёси Хасегава

 

«Международная жизнь»: В настоящее время между Россией и Японией нет мирного договора из-за территориального спора, корни которого уходят в далекий 1945 год. С учетом непростой исторической подоплеки имеющихся разногласий о принадлежности четырех Курильских островов, каков Ваш взгляд на возможное решение этой проблемы, которое бы, возможно, устроило и Москву, и Токио?

Цуёси Хасегава: Это очень важный вопрос. Решение Сталина занять Курильские острова, на мой взгляд, было продиктовано желанием обеспечить и гарантировать безопасность восточных границ Советского Союза на тот период. Это было политическое решение советского руководства. Примечательно, что эти территории были обещаны СССР американцами и англичанами еще во время Ялтинской конференции. Думаю, Сталин был абсолютно прав относительно того, что без физической оккупации этих островов союзники совсем не обязательно сдержат свои обещания.

Для исследователей очень интересным представляется обмен мнений между Сталиным и Трумэном по поводу Курильских островов и Хоккайдо. Сталин изначально хотел получить половину Хоккайдо, но президент США отказался от этого и в итоге они сошлись на том, что Хоккайдо целиком досталось американцам, а все Курилы – СССР.

В моем понимании, Сталин действительно одержал блестящую победу, но в очень короткой перспективе. В долгосрочном же плане – это, конечно, была очень большая ошибка, так как она создала территориальный спор Японии и России, который до сих пор не решен и, более того, посеял семена для возможного конфликта между этими странами в будущем.

Что же касается возможного и обоюдовыгодного решения этого вопроса, то наиболее реальным, как мне кажется, вариантом была совместная Декларация СССР и Японии в 1956 году, которая предусматривала возвращение двух островов и начало переговоров по Кунаширу и Итурупу.

(Советско-японская совместная декларация 1956 года была подписана 19 октября 1956 г. в Москве и вступила в силу 12 декабря 1956 г. Декларация зафиксировала отказ сторон от взаимных претензий, возникших в результате войны, а также отказ СССР от репарационных претензий к Японии. Острова Шикотан и Хабамаи должны были быть переданы Японии после подписания мирного договора. Однако японская сторона отказалась от подписания мирного договора под давлением США, которые в условиях «холодной войны» с СССР пригрозили не отдавать Окинаву и весь архипелаг Рюкю, если Япония откажется от претензий на острова Кунашир и Итуруп – прим. Ред.)

 

Курильские острова - вид со спутника.

 

Это было наиболее реалистичное решение. Думаю, что Никита Хрущев был готов к этому, но сопротивление Японии, к сожалению, не дало этому осуществиться. Однако в настоящий момент, я не думаю, что даже такое решение территориальной проблемы является возможным и может быть вынесено на повестке дня. Я в самом деле думаю, что этот территориальный спор можно решить только в том случае, если эта проблема уйдет с первого плана отношений между Россией и Японией. Надо расширить поле сотрудничества, затем эти вопросы уйдут в сторону и только после этого, когда они не будут привлекать столько внимания и эмоций среди националистически настроенной публики, эту проблему можно будет закрыть.

Люди, которые в самом деле заинтересованы в развитии отношений между Россией и Японии и в стабильности в этом регионе не должны выпячивать эту проблему на первый план. Это само по себе снимет накал страстей. В течение многих лет таков был мой подход к решению проблемы, но он всегда наталкивался на сопротивление определенной части японского общества и японских СМИ.

 

Обложка книги Цуёси Хасегавы «Преследуя врага»

 

«Международная жизнь»: В своей книге «Преследуя врага» Вы утверждаете, что именно советское наступление против японской Квантунской армии в Китае в августе 1945 года привело Токио к безоговорочной капитуляции и было даже более значимо в окончательном разгроме милитаристской Японии, чем атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки американцами. Почему Вы пришли к такому выводу?

Цуёси Хасегава: Прежде всего, хотел бы уточнить, что я не утверждаю, что именно советское наступление напрямую привело Японию к капитуляции. Я говорю о том, что вступление Советского Союза в войну против Японии было более решающим фактором в ее капитуляции, чем сброс атомных бомб. Теперь о том, почему я в этом уверен, и о том, как Япония пришла к решению капитулировать. На самом деле политика Японии на завершающем этапе Второй мировой войны заключалась в том, чтобы попробовать положить ей конец при посредничестве СССР. Япония надеялась завершить таким образом войну даже после того, как союзники встретились в германском Потсдаме в 1945 году.

Очень важный момент заключается в том, что даже после того, как первая американская атомная бомба была сброшена на Хиросиму, эти надежды оставались в силе. И только после того, как СССР начал военные действия в Манчжурии против Квантунской армии все надежды окончательно пропали и исчезли любые альтернативы безоговорочной капитуляции. Кроме того, любое затягивание безнадежной для японцев борьбы увеличивало влияние СССР в регионе и в Токио это прекрасно понимали. Таким образом, именно вступление Советского Союза в войну оказалось решающим фактором в принятии японским руководством решения о выходе из войны.

«Международная жизнь»: Многие американские историки не соглашаются с Вами, когда речь заходит о роли, которую СССР сыграл в войне против Японии. Не считаете ли Вы, что американская историческая школа предпочитает минимизировать значение Советского Союза в войне на Тихом океане?

Цуёси Хасегава: Я думаю, что здесь можно говорить о нескольких причинах, почему некоторые историки в США хотят минимизировать роль СССР в войне на Тихом океане. Не секрет, что традиционно подход американских историков к изучению проблем Второй мировой войны весьма узок, чрезмерно фокусируется и концентрируется именно на толковании событий через призму участия в войне США. В случае с окончанием войны на Тихом океане практически все внимание исследователей в США сосредоточено на важности решения президента Гарри Трумэна подвергнуть Японию атомной бомбардировке. Конечно, долгое время советские источники и документы по этому периоду были недоступны американским историкам, но они в массе своей и не читают по-русски или по-японски. С другой стороны, концентрация внимания ученых и историков в США на роли атомной бомбы объясняется и тем, что ее применение нуждается в оправдании и легитимации. Возможно, именно поэтому они не могут выйти за пределы столь узкого подхода.

В целом, в американской историографии это событие расценивается в качестве ужасного решения, которое, тем не менее, было оправдано и необходимо, так как спасло многие жизни американских солдат.

В своей книге я оспорил такой подход и, думаю, что именно этим объясняются многие, порой скорее эмоциональные, чем рациональные, атаки на мою версию интерпретации событий. Другая причина принижения роли СССР в войне на Тихом океане, возможно, имеет отношение к идеологической платформе, возникшей в годы «холодной войны».

«Международная жизнь»: Важно ли, на Ваш взгляд, объединять усилия историков из России, Японии и США и попытаться совместно объяснить ход истории, применительно к завершающему этапу Второй мировой войны?

Цуёси Хасегава: Я считаю, что было бы замечательно привлечь ученых из этих стран для совместной разработки этого вопроса. Конечно, у каждой стороны есть свой подход, отражающий националистическую интерпретацию событий, и это может быть препятствием для такой работы. Тем не менее, историки должны абстрагироваться от этих обстоятельств и сотрудничать, особенно в части изучения источников. В этой части работа российских историков по изучению огромных массивов неопубликованных еще документов может стать очень существенным вкладом в понимание процесса.

«Международная жизнь»: Вы давно специализируетесь на изучении российской истории. В каких российских архивах Вам довелось поработать с историческими источниками?

Цуёси Хасегава: Я работал в различных советских и российских архивах, включая архив МИДа.  Должен сказать, что многие важные фонды до сих пор не открыты для исследователей. В частности, многие документы ГКО – Государственного комитета обороны СССР - до сих пор не рассекречены, как и документы, находящиеся в архивах Министерства обороны. Впрочем, уже опубликованы многие материалы и документы на тему войны на Тихом океане и участия в ней СССР. Что же касается моих выводов, то я сделал их на базе имевшихся в моем распоряжении источников и моих размышлений на эту тему. Я хотел поднять многие вопросы, порой провокационные, и дать возможность историкам поразмышлять на эту тему.

Версия для печати