«Горячая» осень в Европе, или Бунт безнадежных

00:00 13.09.2010 Елена Пустовойтова, политолог


Правительства Европы ищут способы сохранения нормы прибыли, потребляемой банковской сферой. Чтобы не обделить банкиров, они готовы обделить народ. В целях сокращения дефицита госбюджетов сворачиваются социальные программы. На практике это ведёт к тому, что государственная казна опустошается, а наличность перекачивается в те самые банки, которые создали условия для финансового кризиса. Если год назад, когда первые миллиарды евро из государственных средств Германии, Франции, Италии, Греции потекли на счета частных банков, лишившихся ликвидности, наступление на социальную сферу только начиналось, то сегодня его последствия видны на улицах и площадях европейских столиц.

Сегодня французы… боятся. «Это… страх перед будущим», - пишет французская Le MondeФранцузы хорошо помнят, с чем шел на выборы нынешний президент Франции, - с лозунгом «работать больше, зарабатывать больше». Сейчас предлагается работать дольше, но только для того, чтобы иметь надежду получать столько же, если не меньше, но уж никак не больше. «Каждый почувствовал, что…  есть привилегированные классы и есть все остальные. Во Франции, как и во многих европейских странах, а также в Америке, родители больше не верят, что их дети будут жить лучше, чем они. Благополучие больше не передается из поколения в поколение», - пишет Le Monde.

В этом парижском бунте хорошо заметны черты безнадежности. Во Франции человек все позже попадает на рынок труда, найдя первого работодателя. А у предприятий растет искушение поскорее избавиться от пожилых сотрудников, несмотря на принятый в прошлом году закон о занятости пожилых людей. Как в таких условиях увеличивать пенсионный возраст до 62 или 67 лет, если риск долгосрочной безработицы увеличивается уже после 50-ти? Это и лишает французов уверенности в завтрашнем дне.

У французского правительства есть два пути изыскания средств для выполнения социального долга перед «наемной рабочей силой». Первый – и оно идет именно этим путем – минимизировать социальные расходы, то есть заморозить заработную плату, сократить пособия, подрезать весь тот набор социальных благ, который делает сегодня французов французами, гордящимися социальными достижениями Пятой республики.

«Славное тридцатилетие», эпоха экономического роста и полной занятости во Франции - в прошлом. Кризисы и следующие один за другим бюджетные дефициты в сочетании со старением населения привели к созданию взрывоопасной для системы социальной защиты ситуации. «Что же мы будем делать, когда к 2020 году активное население будет соотноситься с пенсионерами в пропорции один к одному?» - задаётся вопросом Le Monde.

Когда парламент Франции начал обсуждать проект Саркози, предусматривающий увеличение возраста выхода на пенсию с 60 до 62 лет к 2018 году, а также увеличение в ближайшие три года рабочего стажа, необходимого для получения пенсии в полном объеме, на девять месяцев, сказать свое «нет» на улицы вышло около 2 миллионов французов.

Французское правительство намерено залатать разрастающуюся дыру в бюджете за счет налогоплательщиков, причем на 85 процентов за счет трудящихся и только на 15 процентов – за счет работодателей. И хочет, чтобы французы согласились с этим. В ответ протестующие предлагают перераспределять национальное богатство иначе, и возложить основное бремя последствий кризиса на плечи тех, кто его «организовал». Оппозиционные депутаты парламента требуют финансировать пенсии, облагая налогом финансовые операции и увеличивая налогообложение самых богатых слоев населения. Это и есть второй путь, который мог бы примирить протестующих и правительство. Однако Саркози возражает: увеличение налоговой нагрузки на богатых «может стать тормозом для экономического роста», то есть капиталы из Франции побегут…

Саркози отказался менять законопроект в целом, и этот его отказ буквально взорвал Францию, вызвав акции протеста, каких не было уже несколько лет.

В тот же день транспортная забастовка парализовала и Афины, где живет более трети населения Греции. На пять часов остановились железные дороги по всей стране и весь городской транспорт столицы. Главное требование забастовщиков – отказ кабинета Георгиоса Папандреу от планов приватизации транспортной отрасли. Пассажирский транспорт в стране - дотационный. Совокупные долги железнодорожной компании составляют 10 миллиардов евро, убытки только за прошлый год – почти миллиард. Что предлагает правительство? Сократить число работников на транспорте с 7,5 тыс. до 3,5 тыс.  и продать частным инвесторам 49 процентов акций дочерней компании, занимающейся грузоперевозками. При этом долги «частникам» будут списаны, а обязательства по бюджету правительство возьмет на себя.

Перевести в частную собственность предполагается самую доходную часть железнодорожного конвейера, а именно перевозку грузов. «Этот законопроект составлен людьми с извращенной психикой, - справедливо заявляют в профсоюзе железнодорожников Греции, - и имеет единственной целью распродать лакомые куски и вернуться к трудовым отношениям времен Средневековья».

Приватизация как одно из условий получения очередного транша ЕС – это дамоклов меч над головой греческого правительства. Оно потому и не церемонится «по мелочам», что накануне власти ЕС одобрили выделение второго кредитного транша Греции в объеме 9 миллиардов евро. Первый транш в размере  20 миллиардов Греция получила в мае. А условием для предоставления «помощи» стали обязательства реализовать крайне жесткую программу бюджетной экономии и оздоровления государственных финансов.

Что Георгиос Папандреу и делает.

Можно не сомневаться, что и в Греции реакция трудовой части населения на лечение экономики по рецептам ЕС и МВФ будет иметь такие же последствия, как и во Франции.

Европу ждёт «горячая» осень.


www.fondsk.ru

 

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Версия для печати