Внешнеполитические аспекты культурного лидерства в глобальном мире

10:01 23.06.2017 Андрей Климов, Координатор «Евразийского диалога», заместитель председателя Комитета Совета Федерации по международным делам


Год назад, 5 мая 2016 года, мировые СМИ сообщили об уникальном концерте оркестра Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева в сирийской Пальмире. К несчастью, древняя жемчужина Востока оказалась заложницей террористов псевдоисламского «государства» (запрещенного в РФ ИГИЛ), и чудесное появление там в разгар жестокой войны артистов из России стало символом неизбежной победы Добра над Злом. Концерт выдающихся представителей российской культуры во всемирно известном памятнике ЮНЕСКО не только дал надежду на мирное будущее народу Сирии, но и в очередной раз продемонстрировал мировой общественности высокую гуманистическую миссию нашей страны, созидательную направленность российской внешней политики.

Автор этих строк более двух десятилетий непосредственно связан с тем, что принято называть парламентской дипломатией. Все эти годы я слышал даже от убежденных противников Москвы оговорку: «Да, мы не согласны с российской внешней и внутренней политикой, но русское искусство и культура - это безусловный вклад в культуру Европы и всего человечества». Правда, при всем при том особо фанатичные «борцы с рукой Кремля» стремятся торпедировать любое расширение и углубление диалога культур между Россией и, например, странами ЕС.

Так, Европейский парламент в ноябре 2016 года принял резолюцию «о противодействии враждебной пропаганде», в которой фактически приравнял к ИГИЛ фонд «Русский мир» и федеральное агентство «Россотрудничество», призванные в том числе распространять наш язык и культуру за рубежом. Одновременно не будем забывать, как на излете СССР, в начале 1990-х, нашу страну захлестнул «девятый вал» импортной псевдокультуры, едва не погубивший один из главных ресурсов России - ее духовный потенциал.

Сказанное приобретает особое значение в дни нынешние. Неоднозначный, но мощный процесс глобализации, новые средства и методы передачи информации, масштабный перенос человеческого взаимодействия из реального мира в виртуальный сталкивают нас с новыми вызовами.

Не будем забывать, что фактор массового воздействия на общество с помощью культуры активно используется разжигателями гибридных войн, теми, кто занимается радикализацией населения, расширением кадровой базы террористических и экстремистских организаций, формированием почвы «цветных революций», вмешательством во внутренние дела суверенных государств.

Принято считать, что выступления мастеров российского искусства за рубежом, немалое число разнообразных гастролей и выставок «сами по себе являются лучшими нашими пропагандистами и агитаторами». Спору нет! Тысячи зрителей и слушателей, рукоплещущих на всех континентах нашим выдающимся артистам, искренне восхищаются достижениями российской культуры. Но вот заканчивается концерт, спектакль, выставка, и тот же самый зритель, слушатель вновь оказывается среди совсем иного информационного потока. Не потому ли, допустим, в Лондоне или Нью-Йорке, где на «ура» проходят выступления российских музыкантов, артистов, художников, политическая риторика остается в массе своей антироссийской. Причем речь не о «профессиональных русофобах» либо тех, кому политическое соперничество с Россией «положено по штату».

Неслучайно и то, что о «большой войне» с нашей страной, как о вполне возможной реальности, всерьез рассуждают миллионы иностранцев. Так, согласно недавним опросам, 9 тыс. человек в девяти странах Запада, более 60% жителей США и Великобритании допускали возможность скорой «большой войны». Причем 50% американцев и 78% британцев считали угрозой именно нас1. О вероятности военного конфликта ФРГ с Россией уже в другом опросе заявляла треть немцев2.

Конечно, переломить массированную пропаганду в чужом информационном пространстве технически сложно и дорого. В то же время адресное воздействие на целевую аудиторию позволяет достигать реального эффекта при должной постановке такой работы, не допуская при этом присущего Западу вмешательства во внутренние дела суверенных государств. Данная работа особенно важна в отношении тех, кто является лидерами общественного мнения в соответствующих странах, представляет так называемый политический класс, прямо или косвенно влияет на принятие решений на национальном и международном уровнях.

Именно до этих людей важно донести важнейшие аргументы российской стороны, объяснить им суть политики Москвы, снабдить необходимыми фактами, позволяющими получить объективную картину происходящего как на мировой арене, так и в самой России. Таким образом, решения, принимаемые нашими международными партнерами в отношении России, могут быть более взвешенными и конструктивными.

 Напомню, именно на такую деятельность ориентирует нас 45-й пункт Концепции внешней политики России, утвержденной Указом Президента РФ 30 ноября 2016 года №640. В этом документе важным направлением российской внешнеполитической деятельности признается «доведение до мировой общественности объективной информации о позиции России по основным международным проблемам, ее внешнеполитических инициативах и действиях, процессах и планах социально-экономического развития Российской Федерации, достижениях российской культуры и науки»3.

 Помимо традиционных каналов информирования, таких как МИД РФ, ФА «Россотрудничество», государственные информационные органы, соответствующие каналы профильных министерств и ведомств, площадки парламентской и партийной дипломатии, сегодня востребованы новые дополнительные формы, обогащенные и возможностями общественной дипломатии, и современными средствами коммуникаций.

Упомянутая нами концепция прямо предполагает привлечение институтов гражданского общества «к решению международных проблем в целях повышения эффективности российской внешней политики»4. Здесь же говорится  о международном культурном и гуманитарном сотрудничестве как средстве «налаживания межцивилизационного диалога, достижения согласия и обеспечения взаимопонимания между народами». В то же время среди направлений развития общественной дипломатии называется «расширение участия представителей научного и экспертного сообщества России в диалоге с иностранными специалистами по вопросам мировой политики и международной безопасности»5.

В минувшие годы автору при подготовке тех или иных проектов, связанных с синтезом различных форм и методов работы за рубежом, доводилось не раз сталкиваться с подходом, когда привыкшие к традиционным форматам «ответственные работники» дотошно выясняли, что же им предлагают: парламентское, партийное либо общественное мероприятие. При этом суть проекта и его возможная эффективность далеко не всегда оказывалась в центре внимания.

Между тем то, что было результативно и привычно в конце ХХ века, не всегда применимо и плодотворно в новом тысячелетии. Дело не только в развитии Интернета и систем глобальной оперативной коммуникации. Рост российского влияния в мире, тектонические политические процессы в Старом и Новом Свете, Азиатско-Тихоокеанском регионе, смещение центров политической и экономической жизни, вызовы наступившего века неизбежно заставляют корректировать привычные способы решения внешнеполитических задач. Во всяком случае, даже то, что было приемлемо еще три-пять лет назад (до политического кризиса 2014 г.), зачастую не срабатывало должным образом в разгар навязанной нам Западом информационно-дипломатической и санкционной войны.

Мы, говоря словами Президента России, «не хотим противостояния ни с кем, оно нам не нужно: ни нам, ни нашим партнерам, ни мировому сообществу. В отличие от некоторых зарубежных коллег, которые видят в России противника, мы не ищем и никогда не искали врагов. Нам нужны друзья. Но мы не допустим ущемления своих интересов, пренебрежения ими»6. Одновременно со сказанным В.В.Путин, обращаясь к членам Федерального Собрания Российской Федерации 1 декабря 2016 года, подчеркивал, что мы должны быть «настроены на доброжелательный, равноправный диалог, на утверждение принципов справедливости и взаимного уважения в международных делах. Готовы к серьезному разговору о построении устойчивой системы международных отношений XXI века»7.

Важнейшим проводником и позитивным фоном такого рода диа-лога, на взгляд автора, могут и должны быть наши общепризнанные достижения в сфере искусства и культуры. Это не означает непременного наполнения всех без исключения событий с участием деятелей российской культуры за рубежом неким политическим содержанием. Не означает это и механического дополнения соответствующих мероприятий политического характера «культурной программой». Речь именно об органичном синтезе, своего рода симфонии смыслов, если хотите. При этом, разумеется, далеко не каждое такого рода событие или проект обязательно нуждается в «культурном обеспечении», как, впрочем, и большинству задумок в сфере международного культурного обмена вряд ли всегда необходимо «политическое сопровождение». Более того, любая крайность здесь опасна появлением «обратных эффектов».

По мнению автора, одной из форм сочетания возможностей для проведения равноправного и доброжелательного диалога стала инициатива российского парламентского Европейского клуба и «Евразийского диалога», поддержанная председателем Совета Федерации В.И.Матвиенко, МИД РФ, Россотрудничеством, Министерством культуры РФ, а также нашими зарубежными партнерами, включая ЮНЕСКО.

Речь о панъевропейских фестивальных марафонах8, проводимых с 2014 года. Любопытно, что первоначальная идея проекта, выступающего за единство культурного пространства Европы, поступила нам от португальцев еще летом 2013 года. Неслучайно с тех пор это самое западное государство ЕС постоянно включается в маршруты фестивальных марафонов. При этом растет уровень приема российских участников эстафет культур в самой Португалии. Так, если с нашей делегацией в июне 2014 года смогли встретиться лишь депутаты национального парламента Португалии - члены группы дружбы с Россией, то в апреле 2017 года в Лиссабоне нас торжественно принимал уже председатель Собрания Республики Э.Родригес (второе по значимости лицо государства) и португальский министр культуры Л.Мендеш.

Еще одна немаловажная деталь. Фестивальный марафон «От Урала до Атлантики» задумывался до начала острой фазы противостояния Запада с Россией, и поэтому перед самым его стартом (июнь 2014 г.) было немало сомнений, не сорвется ли этот проект. Первым городом на нашем пути в ЕС оказалась Рига, носившая тогда титул «культурной столицы Европы». И в первый же день рижского этапа на его открытие в латвийском центре конгрессов вопреки потугам местных русофобов и антироссийской истерике западных СМИ собралось более тысячи человек! Нашу парламентскую делегацию, сопровождавшую тот марафон, затем тепло принимали в Праге и Вене, Братиславе и на Мальте, наконец - в Лиссабоне.

Одновременно все дни марафона на его официальном сайте непрерывно шла прямая трансляция и репортажи с основных мероприятий, включая многочисленные международные видеомосты. В итоге непосредственными очными и заочными участниками первого Фестивального марафона стало около 25 тыс. человек из десятков стран. Среди них были, кстати, украинцы из Киева (дело было в самый разгар известного конфликта на Украине и вокруг нее). Тогда же мы явственно ощутили искреннее желание зарубежных партнеров и гостей узнать о российской точке зрения по острейшим международным событиям из первых рук. Речь в том числе о десятках сенаторов, депутатов, общественных деятелей, журналистов стран Евросоюза.

В 2015 году марафон был связан с 70-летием общей победы над фашизмом  и охватил пространство Большой Европы - от Тихого океана (Владивосток) до Атлантики (Порту). Расширилось число стран, вовлеченных в подготовку и проведение наших мероприятий, общее число участников двух марафонов приблизилось к 50 тысячам.

Оба раза наши марафоны проходили под эгидой ЮНЕСКО. В частности, обращаясь к участникам проводимой в рамках первого Фестивального марафона конференции «Европейская культура в диалоге цивилизаций», гендиректор ЮНЕСКО И.Бокова отмечала: «Никогда еще это не было так важно в мире, где общество все время меняется и становится более уязвимым, где «различия» воспринимаются как «препятствия». Нам необходимо создать новую форму культурной грамотности и культурной дипломатии как между, так и внутри различных сообществ»9.

Замечу, среди зарубежных участников марафона не нашлось тех, кто после наших встреч убежденно говорил бы о «российской угрозе», «руке Кремля» и пользе санкций «против Москвы». Таким образом, вокруг фестивальных марафонов уже сформировалось своеобразное неформальное и интернациональное движение его друзей, а значит, и активных друзей России. Тех, кто против возрождения холодной войны и готов бороться с искусственными барьерами на пространстве Большой Европы.

С учетом полученного опыта организаторы марафона при поддержке парламентского «Евразийского диалога» решили распространить проект на весь евразийский материк и вовлечь в диалог культур страны Средиземноморья и АТР. Для этого на Кипре (там, в Пафосе, разместилась культурная столица ЕС 2017 г.) и во Владивостоке были организованы международные интернет-конференции, где обсуждались темы диалога культур Большой Европы, соответственно, со странами Северной Африки, Ближнего Востока и Восточной Азии (включая АСЕАН). Кстати, желание присоединиться к проекту фестивальных марафонов было высказано в самих этих странах задолго до нашего третьего старта. Полагаем, что такой подход вносит свой посильный вклад в реализацию идеи В.В.Путина о формировании многоуровневой интеграционной модели в Евразии - Большого евразийского партнерства10.

Завершая пример с Фестивальным марафоном, отметим, что каждый раз его организаторы не только меняют географию и событийный ряд (фестивали, выставки, концерты, конкурсы, «круглые столы», конференции), но и выбирают новую сюжетную линию. Так, в апреле 2017 года марафон проходил от Лиссабона до Владивостока под девизом «Культура за зеленую планету».

Разумеется, зарождающееся «снизу» международное движение вокруг наших эстафет культур - это лишь одна из многих дополнительных возможностей развития потенциала российского культурного лидерства на международной арене и расширения круга искренних друзей России, для возрастания числа тех, кто не только сам выступает за внеблоковое развитие Человечества, невмешательство во внутренние дела суверенных государств, равноправный диалог и мирное разрешение конфликтов, но и способен вовлекать в это движение все новых сторонников по всему миру.

Из других, известных автору не понаслышке примеров такого рода синтеза традиционных и новых способов взаимодействия мероприятий сферы культуры и общественно-политических начинаний остановлюсь еще на двух.

Первый связан с крепнущим объединением парламентских политических партий стран Азии, Африки и Латинской Америки. Российские парламентские партии входят в Международную конференцию азиатских политических партий (МКАПП - ICAPP), штаб-квартира которой находится в Сеуле. Недавно по предложению российской стороны Постоянный комитет МКАПП одобрил решение о формировании на основе этого международного партийного объединения Совета по культуре. Аналогичные решения могут последовать и в подобных межпартийных альянсах стран Азии и Латинской Америки. Причем при обсуждении данного решения на заседании ПК МКАПП в Куала-Лумпуре его участники прямо называли Россию культурной сверхдержавой и подчеркивали важность межкультурного и межрелигиозного диалога для формирования более стабильного развития мира в целом. Тогда же было предложено подумать о возможном проведении на российской земле большой международной конференции для объединения усилий деятелей культуры и представителей мировых религиозных конфессий в борьбе с терроризмом, религиозным и националистическим экстремизмом.

Наконец, еще пример, связанный с формированием новых базовых центров российской культуры. Наряду с Москвой и Санкт-Петербургом прямо на наших глазах такой центр формируется сегодня во Владивостоке. Там при прямой поддержке главы Российского государства уже работает Приморская сцена Мариинского театра, а вскоре ожидается открытие филиалов Эрмитажа, Русского музея и Третьяковской галереи. Немалую роль в формировании своеобразного форпоста европейской культуры в зоне АТР может и должен сыграть Дальневосточный федеральный университет, а также ожидаемое появление здесь международного центра конгрессов.

Между тем продвижение наших достижений в сфере образования, культуры, науки, иных видов деятельности возможно проводить на регулярной основе и «на дальних подступах». Хорошей основой могли бы стать уже имеющиеся российские центры науки и культуры. Особенно те, где уже есть достаточные технические возможности, а их расположение позволяет вести не только двусторонний диалог, но и организовывать систематические мероприятия для целых регионов. Так, Российский центр науки и культуры в Никосии, на взгляд автора, вполне мог бы формировать важный центр притяжения для многих стран Восточного Средиземноморья. В будущем здесь вполне оправдано было бы организовать на условиях частно-государственного партнерства постоянно действующий многофункциональный выставочный центр, охватывающий Северную Африку и Ближний Восток.  

Завершая эти заметки, остановлюсь еще на двух соображениях. В продвижение наших достижений, в разъяснение российских позиций очень важно вовлекать тех, кто уже имеет опыт работы на международных площадках и пользуется на них заслуженным авторитетом. С этой целью, например, наши западные партнеры активно используют не только действующих парламентариев, но и тех, кто уже оставил свои сенаторские или депутатские мандаты. Мы же, на мой взгляд, не в полной мере пользуемся этим немалым резервом общественной дипломатии.

Конечно, время от времени некоторых из покинувших парламент коллег приглашают для участия в важных дискуссиях на зарубежные площадки или на иные подобные мероприятия (как правило, на основе былых личных отношений), но работу эту, увы, трудно пока назвать системной и глубоко продуманной. В то же время далеко не все пришедшие им на смену новые парламентарии с ходу могут подхватить эстафету межпарламентской дипломатии. Даже те из них, кто благодаря прежней деятельности сталкивался с вопросами международного характера,  не сразу овладевают навыками, необходимыми для эффективной (не путать с рассчитанной на сиюминутный внешний эффект или пресловутую «галочку») работы среди своих зарубежных коллег. Между тем, как известно, многие привычные внутри страны приемы и методы не всегда срабатывают за пределами ее границ в иной информационной, правовой, общественно-культурной и социально-политической среде.

Да, мы вправе гордиться тем, что Россия находится среди общепризнанных мировых лидеров в сфере культуры. Наш народ - наследник уникального в своем роде цивилизационного капитала. Мы с вами современники величайших мастеров искусства и культуры, продолжающих лучшие российские традиции как внутри страны, так и далеко за ее пределами. При этом российское культурное лидерство многонационально по своей природе и не предполагает свойственного некоторым зарубежным партнерам высокомерия по отношению к другим.

Однако культурное лидерство не может вечно держаться лишь на багаже прошлого и усилиях отдельных выдающихся личностей. Наконец, само по себе лидерство в сфере культуры не самоцель, оно может и, на взгляд автора, должно способствовать решению целого ряда иных задач, объективно стоящих перед государством Российским.

 

 

 1Опрос в странах Запада выявил страх скорого начала третьей мировой войны. 08.01.2017 // Interfax.ru

 2Трети немцев кажется вероятной война с Россией // Rus.postimees.ee. 27.10.2016.

 3Указ Президента РФ от 30.11.2016 №640 «Об утверждении Концепции внешней политики Российской Федерации». П. 46.

 4Там же. П. 45.

 5Там же. П. 48.

 6http://kremlin.ru/events/president/news/53379

 7Там же.

 8http://fmarathon.com/

 9Бокова И. Приветствие участникам Международной конференции «Европейская культура в диалоге цивилизаций в рамках первого панъевропейского Фестивального марафона // Европейский клуб. Июль 2014. С. 32-33.

10http://kremlin.ru/events/president/news/53379

Ключевые слова: внешняя политика диалог глобальный мир российская культура

Версия для печати