Русофобия вопреки здравому смыслу?

15:17 24.07.2015


Писатель Ги Меттан (Guy Mettan) - Президент Пресс-Клуба журналистов Швейцарии, а также Президент Торгово-промышленной палаты «Швейцария-Россия и страны СНГ» исследовал истоки русофобии, отраженной в современных западных СМИ, в своей новой книге «Russie-Occident, une guerre de mille ans» («Россия – Запад, тысячелетняя война. Русофобия от Карла Великого до украинского кризиса»). Презентация французского издания книги состоялась летом 2015 года в Женеве и в Париже, а осенью готовится её публикация на русском языке в России. Обозревателю журнала «Международная жизнь» Елене Студневой в эксклюзивном интервью автор рассказал, почему он выбрал предметом своего исследования русофобию и попытался доказать, что это явление - часть внешнеполитического инструментария Запада в его попытках ослабить Россию.

 

«Международная жизнь»: Уважаемый г-н Меттан, что побудило Вас выбрать предметом исследования новой книги русофобию, ведь эта тема не нова, тем более в историческом контексте?

Г.Меттан: На то есть несколько причин. Первая заключается в том, что вот уже 20 лет я как журналист интересуюсь Россией, её историей и культурой. А когда ещё и дочку свою назвал Оксаной, то во многом поменял свой взгляд на Россию. Меня интересовало, что и как западные СМИ говорили и писали о вашей стране. И обнаружил очень большую разницу между отчетами СМИ на Западе и тем, что в действительности происходит в России.

Вторая причина связана с «окраской» новостей о вашей стране, которые подаются на Западе, особенно в первых строчках бюллетеней. Очевидную разницу в подаче материалов о России я увидел во время Олимпиады в Сочи-2014. Мне стало ясно, что Россия, которая вложила большие финансовые и трудовые средства в подготовку и проведение Зимних Олимпийских Игр в Сочи, имеет несправедливо негативную оценку в западных СМИ. Как будто не замечая явных и действительных достижений строителей, журналисты западных СМИ выискивали мелочи, не заслуживающие внимания: где-то потек кран с водой, где-то не успели убрать строительный мусор. Всё это наводило на выводы о предвзятом антирусском настрое западных журналистов в их стремлении дискредитировать Сочинскую Олимпиаду в России. Мои убеждения сложились после того, как произошли события на Украине, буквально вслед за окончанием Олимпиады в Сочи. Необъективность западных СМИ не просто была очевидна, она была неслучайна, системна, настойчива. Эта тенденция – видеть в России только негатив – поддерживается в первую очередь ведущими западными СМИ.

Двадцать лет моего журналистского опыта с одной стороны, и все эти события, с другой, - это стало раздражать. Тогда и решил написать свою книгу. 

 

«Международная жизнь»: Какой жанр Вы выбрали для этой монографии?

Ги Меттан: Историко-публицистический, я бы назвал свою монографию историческим эссе.

 

«Международная жизнь»: Взявшись за этот труд, Вы пытались что-то доказать или просто исследовать истоки явления? Вас побудили к этому современные реалии международных отношений – русофобия как средство, а не самоцель – ненавижу и всё. Что легло в основу книги?

Ги Метан: Во-первых, за основу я взял исторический период от Карла Великого – императора Запада - до украинского кризиса. В книге три части. Первая часть посвящена современной жизни. Примеры я беру из открытых источников в СМИ – французских, немецких, швейцарских и американских. Так июльские события 2002 года, когда в небе над Германией столкнулись Ту-154 башкирских авиалиний и транспортный самолет американской компании GHL. Тогда из 71 пассажира погибло 52 ребенка! И как только это случилось, сразу многочисленные западные СМИ стали обвинять в этом русского пилота. А два дня спустя, появились сообщения, что в трагедии в небе виноваты немецкие диспетчеры, они были основными виновниками столкновения. Я хотел на этих примерах доказать, насколько сильно стремление к обвинению России во всём.

Второй пример предвзятости западных СМИ, когда в 2004 году террористы взяли в заложники детей в Бислане, пришедших в школу 1 сентября. Вместо того, чтобы встать на сторону жертв теракта, тем более детей, вместо того, чтобы быть солидарными с семьями заложников, западные СМИ показали большую симпатию к террористам! И третий пример – это война Грузии против Южной Осетии и Абхазии в 2008 году. Несмотря на доклад, который был сделан Комиссией Евросоюза (подготовлен 30-ю военными экспертами, историками, правоведами, представителями России, ЕС, ОБСЕ и ООН) от 30 сентября 2009 года, в котором указывалось, что Грузия начала боевые действия, тем не менее, западная пресса продолжала писать, что «Россия напала на маленькую Грузию». А самый яркий пример - это Сочи-2014. Россия широко и гостеприимно принимает у себя и спортсменов, и журналистов, и гостей. Но все равно западные СМИ нападают на В.Путина, критикуя и размещение спортсменов, и приемы, и бытовые мелочи, и дороговизну, а далее и коррупцию, и «ущемление сексменьшинств».

Антирусские стереотипы набирали силу даже, когда Россия была не при чем, они - эти стереотипы постоянно присутствуют в информационном пространстве. И еще в своей книге в этот же ряд примеров я ставлю Украину. Здесь пока трудно разобраться – кто виноват. Но я показываю, как западные СМИ, вместо того, чтобы давать две точки зрения, чтобы пользователь информационного пространства мог сопоставить информацию с обоих флангов боевых действий, нет – они дают однобокую информацию, направленную исключительно против России. В принципе СМИ должны быть объективными и независимыми. Это аксиома. Это главное в профессии журналиста. Я считаю, что на Западе систематически принято показывать Россию в предосудительном свете. И вот тогда мне стало необходимо понять, почему этот феномен русофобии – присутствует? Почему он так живуч в СМИ? Ведь можно было объективно не осудить сразу Россию за якобы агрессию, а попытаться понять её роль, участие или не участие в украинском кризисе.

 

«Международная жизнь»: То есть Вы полагаете, что русофобия – это некая установка, сигнал «старт» для западных СМИ, а будет ли это фальстарт, неважно. Итак, почему?

Ги Меттан: На этот вопрос отвечает вторая часть моей книги - историческая. Я рассматриваю все эти предрассудки и предвзятости о России, начиная с IX века, когда Карл Великий решил увеличить территорию своей империи за счет Византии и пойти дальше на Восток. После падения Западной Римской империи в 476 году Восточная – Византия - набирала силу. К 1200 году она стала центром научного и теологического христианства. Церковь базировалась на патриархатах под началом пяти равноправных патриархов в Иерусалиме, Антиохи, Александрии, Константинополе и Риме. Разногласия возникли по поводу положений Собора в Ницце в 325 году. Священство разделилось в точках зрения: одни утверждали, что Святой Дух исходил от Отца, другие – от Отца и Сына. Ортодоксальная Церковь придерживалась первого положения, а католики – второго. В Правление Карла Великого начался процесс размежевания церквей, в результате чего Западная церковь выбрала католицизм. Противоречия, которые возникли между православными и католиками – это противоречия между Востоком (Византией), который поднимался в тот исторический период, и европейцами – Западным Римом. Когда же в 1453 году пал Константинополь под натиском турок, то Россия, приняв христианство как духовное наследие Византии, стала называться Третьим Римом. И автоматически приняла на себя негативное отношение западников, Западной Церкви. Интеллектуалы и теологи папской империи развивали теорию и идеологию против греческого православия, объясняли, что это варвары, необразованные, которые находятся, чуть ли, не на первобытном уровне, что они значительно менее цивилизованные, чем европейцы. И Россия, ставшая духовным центром православия, приняла на себя основной удар Запада. В XV веке путешественники, направлявшиеся в Россию, а также дипломаты и торговцы были во власти предрассудков и мифов о России. Так что тенденция предвзятого отношения к России имеет давнюю традицию. Современная, подчеркиваю, современная русофобия родилась в конце XIX века. Была своеобразная историческая передышка в этом процессе.

После того, как Петр I в начале XVIII века восстановил силу России, построил флот, вышел к морю, «в Европу прорубил окно», русофобия «притихла». В конце XVIII века во Франции в период Великой французской революции, расцвет энциклопедистов – Вольтера, Руссо, Дидро – когда Екатерина II вела активную переписку с французскими философами – эти контакты несколько снизили градус русофобии. Россия при Екатерине Великой становилась сильной, присоединила Крым, воевала с Турцией, которая имела такие же интересы в Средиземноморье. Часть интеллектуалов Франции дискутировали о том, какой должна быть суть правительства: монархия, и какая, или республика. Вольтер и сторонники просвещенного деспотизма поддерживали Россию, а философы противоположного лагеря, среди которых был Монтескьё, делали акцент на «восточном деспотизме» России, как варварском государстве. Целью философской дискуссии французских просветителей о государственном строе являлся вопрос о том, каким правительством можно изменить жизнь людей к лучшему. В монархическом государстве царь решает все, независимо от мнения подданных, а в республике верхушка управляет страной в своих интересах.

 

«Международная жизнь»: г-н Меттан, Вы склонны делать вывод, что русофобия - явление, порожденное на Западе?

Ги Метан: Да, я привожу в своей книге пример французского астронома XVIII века – его звали Жан Шапп д,Отрош. Он прибыл в Россию в 1760 году и написал отвратительную книгу, в которой не увидел ничего позитивного, кроме деспотизма и пыток. Он описывал исключительно отрицательные стороны жизни в России. В то же самое время – вторая половина XVIII века - в России находился с миссией японский капитан, который прибыл в Санкт-Петербург, детище Петра Великого, а, вернувшись к себе на родину в Японию, оставил интересные записки о жизни в России, о традициях, о людях, о нравах. И многое в России его восхищало. Так что это лишний раз доказывает, что на Западе существовала совершенно негативная, искусственно созданная точка зрения на Россию. 

 

«Международная жизнь»: Должны были быть веские основания к тому, чтобы постоянно подпитывать эту русофобскую позицию. Ведь Запад не был единым, как сегодня.

Ги Меттан: В своей книге я пишу о том, как зарождалась, в частности, французская русофобия. В конце XVIII века Людовик XV с помощью польских аристократов создал поддельное «завещание Петра I». Этот двухстраничный «документ» был засекречен в то время. В двух его последних пунктах Петр I, якобы «завещал» своим потомкам - правителям «захватить всю Европу и развивать Россию за счет территорий Европы». По указанию Наполеона накануне российской кампании 1812 года историк Шарль-Луи Лесёр (Лезюр) написал книгу о России «О расширении русского могущества: от истоков до XIX века». Она была опубликована в 1812 году, и в ней впервые было представлено «завещание» Петра Великого об экспансии России на Запад – фальсификация «чистой воды». Лишь в 1879 году было установлено, что «завещание» - фальшивка. Но в 1812 году именно это поддельное «завещание» давало возможность юридически обосновать военный поход Наполеона на Россию. Если по «завещанию» Петра I Россия пойдет на Европу, то Наполеон идет на Россию, чтобы этот шаг предотвратить. И тогда у Бонапарта были «развязаны руки», чтобы напасть на Россию.

 

«Международная жизнь»: Но после войны с Наполеоном, как мы знаем, в 1814 году состоялся долговременный Венский конгресс, на котором без Александра I, которого в Европе называли «царем царей», не решался ни один вопрос. Франция в лице Наполеона была наказана, а русофобия по-прежнему имела место в международной политике.

Ги Меттан: После войны с Наполеоном обострилась английская русофобия. Россия вместе с Англией вышли победителями из войны 1812 года. После победы России над Наполеоном ровно на 180 градусов поворачивается отношение англичан к России. Здесь вступают в противоборство с Россией геополитические интересы Англии. Новые английские империалисты, поняв, что Британия стала не единственной империей в мире, что Россия становилась более сильной на суше, поскольку победила наполеоновскую армию, начинают кампанию по дискредитации России. Англичане забеспокоились, что в лице Российской империи они получают сильного конкурента. Тогда вся идеологическая стратегия была сведена к тому, чтобы развивать дискуссию против русских. Где? – В прессе! Опять начался процесс информационного брожения против России. После раздела Польши Англия унаследовала от России западно-европейские (польские) территории.

Англия хотела руками Турции воевать с Россией и обессиливать её. Закрыть Российским кораблям выходы в Средиземное море и опуститься в Центральную Азию, чтобы перекрыть индийские торговые пути для России. И вновь вспомнили о «завещании». Англичане перевели на английский язык поддельное «завещание Петра I», чтобы иметь «развязанные руки» для войны с Россией. Весь XIX век длилось противостояние Англии и России. Англичане развязали две войны в Афганистане для сдерживания России, объединились с Оттоманской империей, с султаном против России – это даже занятно. Они объясняли свой союз тем, что Англия была парламентской монархией, а Россия самодержавной, а потому деспотичной. Их задача заключалась в том, чтобы показать все отрицательные стороны самодержавия. Здесь мы наглядно видим, как работал механизм мягкой силы, когда для противоборства с Россией была задействована пресса.

В английской прессе во время Крымской войны, которая началась в 1853 году, (она велась также и на Соловках), был использован тот же словарный запас и то же содержание статей и пасквилей, чтобы ослабить режим Николая I, как и ныне. Точно так же, как сегодня американская пресса использует карикатуры и пишет против Владимира Путина. Абсолютная калька через полтора века. Карикатуры того времени против Николая I показывают его как вампира, который «хочет пить английскую кровь». И одновременно англичане поддерживали Оттоманского султана, который был большим деспотом. Невозможно было сравнивать того, что творилось в Турции с тем, как жила Россия Николаевской эпохи. Точно так же, как американцы предъявляют претензии к правлению Владимира Путина на фоне деспотии в Саудовской Аравии. Ведь история графа Дракулы была написана английским писателем специально, чтобы дискредитировать Россию. Дракула – это карикатура на Россию, которая «пьет кровь других государств». Тогда не было образа русского медведя, его заменял созданный извне образ вампира.

 

«Международная жизнь»: Вы выделяете русофобию французскую, английскую – этот ряд можно продолжить?

Ги Меттан: И немецкую, и американскую. Немецкая русофобия эволюционировала на протяжении двух веков, начинаясь в 1870-х годах, когда объединилась вся Германия и стала сильной, однако ей оказалось тесно в своих границах. Фридрих Вильгельм I кайзер Пруссии задумывался о новых колониях, но колонии уже были заняты французами и англичанами. У немцев же было две-три колонии в Африке, а хотелось бы - на своем материке. Немецкие империалисты в середине XX века стали задумываться над тем, как получить свои колонии на Востоке. Но эту экспансию надо было оправдать, найти ей логическое обоснование. И вновь свою роль играет слово. В прессе начинается истерия по поводу панславизма.

В 1914 году, когда началась Первая мировая война, появился термин «витальное пространство». Он касался восточных регионов Украины, Белоруссии и России. Аппетиты Кайзера были нацелены именно на эти территории. И даже, проиграв Первую мировую войну, немцы до 1920-го года, вплоть до Веймарской республики продолжали исследования, чтобы найти повод аннексировать эти территории. Была создана специальная служба, задача которой заключалась в том, чтобы доказать, что это были исконно немецкие территории германских племен еще с 12 века. А поэтому, якобы, Германия может себе их вернуть.

Сторонники этой «волны» потребовали возвращения этих земель Германии. Так начинался фашизм. Фашистская диктатура должна была «вымыть» от славян эти территории для германцев. Подхватываются мифы о «зверствах славян», а с приходом к власти Гитлера русские вместе со всеми славянами рассматриваются как низшая раса. Вторая мировая война преследовала далеко идущие планы. В течение двух лет эта программа реализовывалась массовыми расстрелами евреев, депортацией коренного населения этих земель. Процесс этот проходил через предъявление претензий нацизма коммунизму. Объявлялось, что коммунизм был родоначальником нацизма, и что нацизм был родоначальником фашизма. Разгром гитлеровской Германии и начало холодной войны усилили русофобские тенденции, направленные главным образом на то, чтобы принизить роль Советского Союза в Победе во Второй мировой войне. А сегодня на этом немцы строят свою идеологию. Они считают, что это позволяет им предъявлять свои претензии к России. Идет подмена понятий. Эта дискуссия набирает силу в 70-е годы, тенденция нарастает и выливается в русофобию, потому что в вашей стране многое связано с коммунизмом.

Это порождает почву для исторического ревизионизма итогов Второй мировой войны. Так вместе с поляками и прибалтийскими республиками немцы начинают переписывать историю, чтобы доказать, что советские войска «были еще хуже, чем нацисты, а русские еще хуже, чем немцы». И это вылилось в разночтение Праздника 9 Мая – Великой Победы. Чтобы принизить роль советских солдат, западная пресса усиленно замалчивала тот факт, что высадка союзников в Нормандии состоялась благодаря десяткам тысяч погибших бойцов Георгия Жукова, которые вели наступление на восточном фронте, чтобы сковать немецкие войска и препятствовать переброске Вермахтом танков во Францию. То есть европейцы порождают сегодня новый миф о том, что освобождение Европы от нацизма было только благодаря высадке союзников 6 июля и благодаря сопротивлению Франции. Этот новый исторический миф выходит на первый план, а роль России уходит на второй. Более того, Россия становится частью борьбы идеологий. Насаждается миф об освобождении Европы не Россией, а Западом. Если не бороться с русофобией, то есть опасность, что на Россию возложат ответственность за мировые войны, как и в случае с обвинениями Византии в религиозном размежевании Церквей.

 

«Международная жизнь»: Каковы же по-вашему мнению истоки американской русофобии, о которой Вы пишете в своей книге? 

Ги Меттан: Да, существует американская русофобия, которая началась после Второй мировой войны в 1945 году. После совместной победы над нацизмом англосаксы на 180 градусов повернулись против СССР. Они синтезировали в себе три русофобии – немецкую, французскую и английскую. Американцы завоевывают мир, и для них русофобия - часть инструментария для победы в этом процессе. Но, чтобы узаконить эту амбицию, идет разговор о демократии против диктатуры, об освобождении от тирании, одновременно нарастает дискуссия о правах человека. Их можно было понять, когда в вашей стране была коммунистическая власть, и с правами человека было не все понятно. Но в начале 90-х годов XX века продолжилось нападение американцев с той же идеологией на страну, в которой уже не было коммунизма, но идеология русофобии не поменялась. Мне было интересно понять, как в этом случае поведет себя русофобия по-американски?

Я показываю, как идеология разыгрывания «карты» прав человека стала инструментом американцев для того, чтобы делать слабее своих противников в геополитике. Показываю, как используется против России инструмент «мягкой силы» различными неправительственными организациями, появившимися в вашей стране в 90-х годах. И в конце книги даю специальный «Словарь терминов», согласно которым современные журналисты используют их для того, чтобы нападать на Восток и поддерживать Европу против России. Европейцы – демократы, а Россия автократ, европейцы – хорошие, а в России живут злые и агрессивные. Хитрое употребление специальной лексики, характеризующей статьи и репортажи западных СМИ, это завершение моей книги-исследования в 480 страниц. Я не историк, но хотел понять и объяснить не только себе, почему, например, когда была китайско-японская война, обе эти страны не стали русофобскими? То есть война не всегда порождала русофобию. Читатель сам сделает выводы, откуда это явление берет истоки и чем подпитывается. Моя задача – помочь ему исследовательским материалом.

 

«Международная жизнь»: Когда вышла ваша книга и как скоро ее можно будет прочесть широкому кругу читателей в России?

Ги Метан: Книга вышла в мае в издательстве SYRTHES (русск. Сирт), а в России, надеюсь, появится осенью этого года.

 

Спасибо, г-н Метан!

 

Биографическая справка:

Ги Меттан - Президент Верховного совета кантона Женевы и президент швейцарского Пресс-клуба - журналист и швейцарский политик, член Христианско-демократической партии Швейцарии (PDC). С 1992 по 1998 годы является директором и главным редактором газеты «Tribune de Genève». В 1996 г. Ги Меттан создал в Цюрихе деловой клуб «Business Club Romand». В 1998 г. возглавил ассоциацию «Association ASEMA» и фонд «le Fondation EMA», целью которых является обеспечение странам Юга лучшего доступа к капиталам, технологиями и международным рынкам. В 1998 году Ги Меттан начал политическую карьеру и в 1999-ом стал членом Городского совета Женевы. В 2001 г. Г. Меттан был назначен вице-президентом Торговой Палаты Швейцарии и Западной Африки, а в 2005 году Совместных Российско-Швейцарских Торговых Палат, в 2006-ом президентом Женевского Красного Креста. Ги Меттан - автор многочисленных статей, опубликованных в швейцарской прессе, участвовал в работе ЮНЕСКО, где предложил идею создания журналистской этики.

Ключевые слова: Россия СМИ Запад русофобия

Версия для печати