Статья подготовлена в рамках исследования «Международные отношения в контексте глобальных процессов и проблем безопасности и противодействия терроризму», проект РГНФ №15-07-00001 (2015-2017 гг.).

Говоря о ценностях и смыслах международных отношений, важно определить, какое содержание вкладывается в эти понятия. 

Понятие «ценности» является фундаментальным для мирового сообщества и международных отношений. Ценности определяют индивидуальное и групповое поведение людей, лежат в основе обычаев, традиций и культур народов, выступают источниками юридических законов. Ценность - это то, что имеет для человека значимость и важность. Аксиология как учение о ценностях исходит из того, что полного и окончательного перечня ценностей человечества не существует. На различных этапах исторического развития они неодинаковы. Являясь одной из ключевых категорий общественной мысли, понятие ценности обозначает объекты и явления, их свойства и идеи, воплощающие в себе общественные представления и идеалы. Конституция Российской Федерации утверждает в качестве высшей ценности человека его права и свободы.

В Декларации тысячелетия ООН, принятой резолюцией 55/2 Генеральной Ассамблеи от 8 сентября 2000 года, в разделе «Ценности и принципы» заявляется о «решимости установить справедливый и прочный мир во всем мире» и отмечается, что «существенно важное значение для международных отношений в XXI веке будет иметь ряд фундаментальных ценностей». К ним относятся свобода, равенство, солидарность, терпимость, уважение к природе и общая обязанность по управлению глобальным экономическим и социальным развитием, а также устранению угроз международному миру и безопасности, которая «должна разделяться между народами мира и осуществляться на многосторонней основе» при центральной роли ООН как наиболее универсальной и самой представительной организации в мире1 .

Наряду с наукой о ценностях - аксиологией в современном политическом и научном дискурсе существует понятие аксиополитики - науки о соотношениях между политикой и духовными ценностями,* (*Предложено И.Н.Андрушкевичем, русским философом и политологом в Аргентине (прим. автора).) используемое также применительно к геополитике и международным отношениям. Можно утверждать, что аксиополитика всегда так или иначе ориентирует геополитику, поскольку геополитика зависит в том числе от господствующей системы ценностей. Эта система, в свою очередь, может быть выражением народных традиционных обычаев, верований и нравов или же являться чужеродной шкалой ценностей, насильно навязанной в результате завоевания, порабощения, подчинения в прямых и косвенных формах, внедренных посредством изменения моральных и духовных ориентиров, общественного устройства, конституционной системы как революционным, так и манипуляционным путями.

Под смыслом понимается суть, главное, основное содержание предмета, явления, сообщения или поведения. Это содержание может быть неявным и представлять собой скрытый смысл. В международных отношениях понятие смысла часто используется применительно к анализу причин и следствий происходящих процессов, в том числе конфликтов, участники которых могут осознавать их поверхностный смысл, не постигая подчас глубинного содержания. При этом именно скрытый смысл движет, как правило, возникновением и развитием конфликтов и нередко определяет возможности их предотвращения и урегулирования.

Что же касается международных отношений, то, несмотря на привычность словосочетания и его, казалось бы, очевидный смысл в русском и других языках, дать исчерпывающее определение этому многообразному проявлению человеческой активности, которое образует неотъемлемую составную часть истории и современности, оказывается делом весьма затруднительным. Дословно - это отношения между народами. В действительности же, на протяжении веков под международными отношениями понимались главным образом отношения между государствами. Распространена формулировка, трактующая международные отношения как совокупность политических, экономических, идеологических, правовых, военных, дипломатических и других связей и взаимоотношений между основными субъектами мирового сообщества. В отдельных теориях общества международные отношения склонны считать особым видом общественных отношений, выходящим за рамки внутриобщественных связей и территориальных образований2.

При том, что международные отношения существуют с незапамятных времен, сам термин, как полагают, утвердился в политическом лексиконе и дискурсе сравнительно недавно. Считается, что его самое раннее употребление содержится в трудах  английского философа эпохи Ренессанса Джереми Бентама (1748-1832 гг.), который понимал международные отношения как стихийно возникающие отношения крупных национальных государств.

Интересно и, видимо, неслучайно, что многие авторитетные энциклопедические и справочные издания не дают ответа на вопрос, что такое международные отношения. Сложность и разнообразие международных отношений, возможно, объясняют то обстоятельство, что авторы различных исследований и публикаций чаще предпочитают рассматривать их виды, предлагать классификации и т. п., избегая определений понятия в целом.

Поскольку речь идет об отношениях, неизбежен вопрос об их участниках. Немало политиков и исследователей продолжают считать международные отношения отношениями между государствами или, по формулировке французского философа Раймона Арона, отношениями между политическими единицами3. Другие же вслед за американским политологом Дж.Розенау готовы включить в состав участников международных отношений, по его образному выражению,  «и туристов, и террористов»4.

Французский исследователь М.Мерль ввел так называемый «критерий локализации», определяя международные отношения как совокупность соглашений и потоков, которые пересекают границы или же имеют тенденцию к пересечению границ5. Этим же критерием пользуются авторы учебного пособия «Международные отношения» под редакцией профессора П.А.Цыганкова, которым принадлежит удачная формулировка: «Международные отношения - это многообразные факторы, события, процессы, нормы и потоки, пересекающие национально-государственные границы»6. Однако в отношениях сегодняшнего дня и эта формулировка тоже оставляет без ответа некоторые вопросы, как, например, вписать в таком случае в определение международных отношений деятельность иностранных посольств или граждан других государств, которые, осуществляя эти отношения в странах пребывания, никаких национально-государственных границ не пересекают.

Когда в 1991 году СССР прекратил свое существование, его граждане, проживавшие в разных союзных республиках, превратившихся в независимые государства, стали иностранцами по отношению друг к другу и их отношения обрели статус международных. Из определения выпадают также международные организации. Поэтому, как представляется, определение понятия международных отношений должно включать в себя указание на принадлежность их участников к разным государствам или международным организациям, что, собственно, и образует международный характер их отношений.

Соответственно, приведенная выше формулировка могла бы быть дополнена следующим образом: «Международные отношения - это многообразные факторы, события, процессы, нормы и потоки, принадлежащие разным государствам или международным организациям, пересекающие национально-государственные границы или вступающие во взаимодействие на отдельно взятой территории».

Прослеживая эволюцию международных отношений с древности до наших дней, нельзя не отметить, что основным способом их осуществления до недавних времен служили почти исключительно войны и завоевательные походы. С 3600 года до н. э. и по сей день лишь 294 года, то есть немногим более 5% всего времени, были годами без больших войн. В войнах и конфликтах за это время погибло в общей сложности не менее 3,5 млрд. человек7.

В бесконечных войнах и завоевательных походах с целью обретения материальных ценностей - богатств, территорий, людских и природных ресурсов - складывалось понимание высшей экзистенциальной ценности для человечества - мира как состояния без войны и сопутствующих ей жертв и разрушений. Мир ipso facto становился терминальным смыслом конфликта.

Конец изолированного существования народов и начало их общей глобальной истории и тем самым международных отношений наступили, как считается, примерно 36 веков назад, когда египетский фараон XVIII династии Тутмос I предпринял завоевательный поход в Сирию и достиг Месопотамии, впервые перебросив мост между двумя великими цивилизациями древности. По мнению известного французского ученого Гастона Шарля Масперо, это стало началом той всемирной исторической драмы, которая с тех пор непрерывно разыгрывается на глобальной сцене, меняя лишь свое содержание, актеров и внешние формы проявления.

Если бросить беглый взгляд на историю формирования международных отношений, то мы увидим, что она берет свое начало с первых цивилизаций древности, которые были речными, образовавшимися на плодородных долинах Нила, Тигра и Евфрата, Инда, Ганга, Янцзы.

Начавшиеся межцивилизационные контакты породили собственную ценность международных отношений как инструмента развития, потребности которого определяли их смысл и содержание.

За периодом речных цивилизаций последовал период морских, который охватывает 25 столетий, с финикийской колонизации Средиземного моря и основания Карфагена до Великих географических открытий. Пространства Средиземноморья и других торговых морей становятся своего рода древними инкубаторами развития. Формирование новых торговых путей несло с собой значительные перемены экономического, культурного и политического характера для государств и территорий, которые затрагивались этими процессами. Изменением международных отношений - торговых связей и маршрутов или же их заменой на другие торговые пути - могло объясняться возвышение государств в одних случаях и утрата ими своих позиций и роли - в других.

Период морских цивилизаций утвердил ценность международных отношений для развития, выделив в их контексте значение и смысл торговых связей.

Начавшийся вместе с Новым временем и Великими географическими открытиями период океанических цивилизаций охватывал уже весь земной шар. Великие географические открытия и продвижение на новые территории, проложившие пути между цивилизациями Востока и Запада, Севера и Юга и открывшие для колонизации и освоения целые материки, кардинальным образом изменили существовавшее мироустройство.

За временем открытия Америки, колонизации и возникновения новых государств последовала эпоха геополитических систем международных отношений, начиная с создания Вестфальской системы в 1648 году и до распада Ялтинско-Потсдамской - в 1991 году, после чего мир вступил в период формирования новой модели.

Вестфальский порядок утверждался в мире, в котором к этому времени уже складывались стремящиеся к суверенности основные государства. Разразившаяся в Европе Тридцатилетняя война (1618-1648 гг.) впервые стала столь масштабным военным конфликтом, затронувшим практически все европейские страны, включая Россию. Начавшись как религиозное столкновение протестантов и католиков, война переросла в общеевропейскую бойню, приблизившуюся по количеству своих жертв и разрушений к будущим мировым войнам ХХ века. Погибло около 2 млн. 100 тыс. участников военных действий и более 6 млн. мирных жителей8.

Вестфальский мир, заключенный по итогам войны, утвердил принципы суверенитета государств, их равноправия и невмешательства во внутренние дела других государств как основу для построения международных отношений в послевоенной Европе, а затем и в глобальном масштабе. Эти принципы становятся базовыми ценностями международных отношений и остаются ими в настоящее время.

Принципы Вестфаля, претерпев со временем определенные изменения, продолжают и сегодня определять суверенитет государства как основу, зафиксированную в Уставе ООН, на которой строятся международные отношения.

Они подразумевают:

- приоритет национального интереса;

- принцип баланса сил;

- приоритет государств-наций;

- обеспечение государственного суверенитета:

- право государств требовать невмешательства в свои дела;

- равенство прав государств;

- обязательство выполнять заключенные договоры;

- признание международного права и применения дипломатии    в международных отношениях.

При этом соблюдение договоров, уважение принципов и норм международного права и регулярная дипломатическая практика  признаются важнейшими элементами двусторонних и многосторонних международных  связей и неотъемлемым атрибутом отношений между государствами, образуя основополагающий смысл и в высшей степени значимое содержание международных отношений.

Вестфальский мир оказал огромное влияние на развитие международного права, определив новую систему его принципов. Вестфальский договор считается переломной точкой в становлении международного права и базовым документом, на основе которого получил свое развитие институт международно-правовых гарантий. На его основе была впервые сформирована декларативная теория международно-правового признания государств, согласно которой достаточно самого факта провозглашения нового государства  для возникновения у него международной правосубъектности.

Исходя из этого принципа, были признаны получившие независимость Швейцария и Нидерланды. Вышедшее на европейскую и мировую арену Московское государство стало одним из участников Вестфальских договоренностей. Было провозглашено равноправие европейских государств вне зависимости от государственного строя и веры. Страны с республиканской формой правления стали рассматриваться как равные с другими государствами в отличие от существовавшего ранее отношения к ним как второсортным государственным образованиям. В рамках Вестфальского трактата впервые   сформировалось понятие суверенитета государства как «права на территорию и верховенство». Признание принципа суверенности национальных государств закрепило за ними роль основных субъектов международного права.

В Вестфальском мире берут свое начало ценностные идеи мирного сосуществования и достижения общеевропейской безопасности и сотрудничества европейских государств в целях поддержания мира в Европе и во всем мире.

Для решений, принятых в рамках Вестфальского мира, использовалось творческое наследие голландского юриста, философа и государственного деятеля Гуго Гроция (1583-1645 гг.), который вошел в историю как отец международного права и основатель классической теории международных отношений. Его учение утвердило в международных отношениях ценностные представления о справедливых войнах, которые по своей природе являются оборонительными и направлены на защиту граждан государства и их имущества, и несправедливых войнах, в основе которых - агрессия, захват, порабощение, стремление взять чужое, что противоречит естественному праву и законам мирного сосуществования.

Впервые заявили о том, что война должна быть обоснована, ее средства и методы ограничены, ведение подчинено международному праву на основе уважения законов Бога и человека. Верховенство права должно остановить безумие войны, дающее свободу совершать любые преступления. Право также должно регулировать и отношения между государствами по аналогии с тем, как оно регулирует отношения между людьми, преследуя цель всеобщего блага и справедливости.

Идеи международного права, регулирующего связи между государствами на принципах сотрудничества, равенства и светского начала, сформировали ценности международных отношений, которые во многом определили содержание международных отношений в правовом смысле и остаются актуальными и поныне.

Сегодня существуют разные точки зрения на возникновение Вестфальской системы международных отношений и ее последующую эволюцию. В то время как одни продолжают считать принципы Вестфаля эталоном отношений между государствами, другие утверждают, что глобализация привела к размыванию суверенитета государств и вместе с этим - к кризису международных отношений на принципах Вестфаля, на смену которым должны прийти некие другие ценности. В связи с этим в англоязычной литературе появился даже специальный сложносочиненный термин «Westfailure», по смыслу обозначающий провал Вестфаля.

Говоря о проблемах Вестфальских принципов сегодня, отмечают, что:

- объем суверенитета государств  предстает ограниченным внутренними и внешними факторами применительно к подавляющему большинству существующих в мире государственных образований. Это позволяет утверждать об отсутствии у них в большей или меньшей степени полного национального суверенитета, частью которого они делятся, вступая в международные организации и соглашения или принимая на себя международные обязательства в отношении внутренней жизни страны (например, отказ от применения смертной казни);

- Соединенными Штатами Америки проводится политика ограниченного суверенитета, под которой понимается право вмешательства во внутренние дела других государств, развязывания против них военных действий и вооруженного вторжения на их территорию, если от них якобы исходит угроза для США и мирового сообщества (как было заявлено в качестве предлога для вторжения в Ирак в 2003 г., что позже не подтвердилось) или существует острая необходимость гуманитарной интервенции в целях обеспечения прав человека (что было обоснованием бомбардировок Югославии в 1999 г. и тоже никакой реальной основы под собой не имело);

- действует примат института прав человека над институтом суверенитета, который самым активным образом продвигается США и их союзниками;

- в последние два-три десятилетия международное гуманитарное право стало активно использоваться для существенного ограничения власти государства над его гражданами;

- происходит становление сетевого сверхгосударства - Евросоюза, которое последовательно и целенаправленно преодолевает синдром национального государства, усматривая в этом суть и основное содержание европейского интеграционного проекта;

- один из основных принципов современного международного права - принцип самоопределения народов и наций - на практике нередко вступает в противоречие с двумя другими основными принципами - принципом суверенного равенства государств и принципом территориальной целостности государств;

- растет количество так называемых «несостоявшихся» государств, которые, запутавшись в международных долгах, кредитах и обязательствах, практически все более утрачивают возможность возврата к статусу полноценного суверенного государства;

- процессы глобализации размывают национальную идентичность стран, составляющую основу национального суверенитета;

- захлестнувшие многие страны мощные миграционные потоки, которые стали, по существу, новым великим переселением народов, стремительно разрушают идентичность сложившихся национальных государств.

Вопрос о суверенитете предстает сегодня достаточно сложным. Абсолютной полнотой суверенитета в быстро глобализирующемся мире XXI века, скорее всего, не обладает никто, поскольку вряд ли найдется государство, не состоящее ни в одной международной организации, не участвующее ни в одной международной конвенции и не имеющее никаких международных обязательств по двусторонним или многосторонним соглашениям. Поэтому речь может идти о реальном суверенитете, который остается у государства за пределами его международных обязательств. 

Государства-лидеры, как правило, придают своему суверенитету и, соответственно, независимости поведения на мировой арене большое значение, стараясь не связывать себя международными обязательствами и участием в наднациональных структурах за исключением самых необходимых, таких, например, как членство в ООН.

В создаваемых ими или под их эгидой международных объединениях и военных блоках они обычно стремятся занять руководящие позиции. Известны случаи, когда ведущая держава пренебрегала своими международными обязательствами, чтобы утвердить свой суверенитет и развязать себе руки для действий в своих интересах на мировой арене. В их числе - военные экспансии против других государств без мандата и в обход решений ООН, другие нарушения Устава Всемирной организации, которые выражаются в том числе и в экономических и политических санкциях, противоречащих духу и букве международного сотрудничества.

В наднациональных образованиях суверенитет и независимость поведения участников зависят от того, насколько эта организация авторитарна, бюрократизирована и подвержена влиянию государств, занимающих в ней ведущие позиции. Именно в силу этих причин была малоэффективной Лига Наций, оставившая о себе не лучшие воспоминания в истории международных отношений. Теперь, похоже, ее ошибки преумножает Евросоюз, в котором диктат бюрократов под руководящим и направляющим влиянием ведущих держав не пожелала дальше терпеть Великобритания, заявившая о своем выходе.

В то же время немало государств в неузнаваемо изменившемся после Вестфаля мире не особенно заботятся о  своем суверенитете, подчас вполне сознательно уступая его тому или иному полюсу силы, к которому они, по существу, готовы поступить в вассальную зависимость в современном варианте.

Оценивая общее положение дел, известный американский политик и дипломат Генри Киссинджер в своем интервью немецкой газете «Ди Вельт» в 2003 году констатировал, что Вестфальский порядок находится в состоянии системного кризиса. Невмешательство во внутренние дела других стран отброшено в сторону в пользу концепта всеобщей гуманитарной интервенции или всеобщей юрисдикции. Не только США, но и многие западноевропейские страны это осуществили… Принципы Вестфальского мира, которые базировались на суверенитете государств и рассматривали нарушение международных границ международными структурами как агрессию, уходят в прошлое. Однако далеко не все согласились бы с тем, чтобы, уйдя от Вестфальских принципов, оказаться в своего рода новом средневековье с некоей доминирующей державой типа Священной Римской империи.

Неконтролируемый распад международных отношений, основанных на Вестфальских принципах, мог бы иметь своим следствием суверенитет только для тех, кто готов и имеет достаточно силы, чтобы преступить нормы международного права и законности. О суверенности тех, кто способен пойти на чрезвычайные меры, чтобы обеспечить решение «задачи высшего уровня» для данного государства, размышлял еще немецкий политолог, «коронованный юрист Третьего рейха» Карл Шмитт9.

Современная критика принципов Вестфальской системы сводится к утверждениям о примате прав человека по отношению к государственному суверенитету и рассуждениям на тему неспособности национальных государств обеспечить эффективное управление в условиях глобализации. Альтернативными решениями при этом выступают предложения о тех или иных ограничениях суверенитета государств и введении международного контроля, когда речь идет о правах человека и их массовых нарушениях в особо опасных формах геноцида и этнических чисток. Для управления предлагается использовать сетевой принцип и построенные на этой основе структуры для решения глобальных проблем.

Действительно, сегодня идея глобального управления продвигается в том, что касается активизации и усиления роли ООН в мировом пространстве, и распространяется на отдельные сферы.
В частности, под эгидой ЮНЕСКО обсуждается проект глобального управления наукой, разрабатываются предложения ученых по интерфейсу науки и глобальной политики.

Речь идет в том числе о формировании эффективных международных структур и механизмов, способных обеспечивать жизненно важные для человечества задачи развития перед лицом глобальных проблем и возникающих новых угроз и вызовов, бороться с ними, подавляя терроризм, организованную преступность, наркотрафик, торговлю людьми и другие опасные проявления, получившие глобальное распространение. Однако такие структуры и механизмы должны создаваться и действовать на основе легальных, международно признанных процедур, соответствующих Уставу и принципам ООН, таким образом, чтобы не вызывать подозрений в их необъективности, произволе и двойных стандартах.

«Вестфальский суверенитет», который понимался как политическая система недопущения внешнего влияния на внутреннюю политику независимых государств, видимо, и в самом деле отчасти «размывается» современными процессами, но это отнюдь не означает конца суверенитета, который в новых условиях наполняется новым содержанием. Суверенитет, как известно, не был однородным и однозначным применительно к международной практике, состоянию и поведению разных государств в разные времена и при разных обстоятельствах  на протяжении всего периода после Вестфальского конгресса.

Борьба за суверенитет, его утверждение в мире, меняющиеся представления о значении суверенности государств - все это позволяет рассматривать распространение принципа суверенитета в мире как глобальный процесс, который имеет особую ценность и основополагающее значение для формирования международных отношений в различные геополитические эпохи.

После Великой французской революции 1789 года начинается экспорт ее ценностей, растянувшийся почти на четверть века войн и конфликтов с целью перекройки международных отношений по новым французским лекалам. Пришедший к власти Наполеон отчетливо взял курс на насильственную унификацию Европы на имперских началах. Эта попытка потерпела крах в результате разгрома Наполеона в России в 1812 году и поражения в следующем году в «битве народов» под Лейпцигом.

Изменившиеся политические и международные отношения диктовали необходимость их нового системного урегулирования. Этим занялся Венский конгресс 1815 года, создавший Венскую систему международных отношений. Впервые было сформулировано понятие «великие державы» применительно к России, Австрии и Великобритании, которые вместе с Пруссией создали значимый прецедент, взяв в «клуб победителей» в целях достижения единства и стабильности основных государств Европы также и побежденную Францию. Венская система, в рамках которой утвердилась многосторонняя дипломатия, стала почти на 40 лет до начала Крымской войны прообразом системы коллективной безопасности в Европе.

В период Венской системы международные отношения получили новое ценностное содержание. Они обрели глобальный характер. Были разработаны и приняты единые международные нормативные акты о мирном разрешении конфликтов, о правилах ведения военных действий, обращения с пленными и др., заложившие основу для соответствующих элементов современных международных отношений и международного права.

Совершенно иначе выглядела пришедшая на смену после Первой мировой войны Версальско-Вашингтонская система международных отношений. Победители в этот раз не только не пригласили в свой клуб побежденную Германию, но и постарались создать для нее вместе с другими проигравшими странами и новыми государственными образованиями на территориях прекративших свое существование Российской и Австро-Венгерской империй дискриминационные условия. Россия в результате изменения ее социального строя вообще выбыла из послевоенного урегулирования, а новая
система международных отношений с самого начала приобрела антироссийскую направленность.

Вышедшие на мировую арену Соединенные Штаты Америки, которые за время войны превратились из должника Европы в ее основного кредитора, закрепили вместе с Великобританией и Францией свое лидерство в новой системе, обретая возможности изменения ее  принципов и характеристик.

Мир перестает быть европоцентристским, превращаясь в глобальную систему. Насущной необходимостью становится попытка создания универсальной организации. Однако образованная по Версальскому договору Лига Наций, будучи политически пристрастной и, по существу, подконтрольной Франции и Великобритании структурой, не смогла стать универсальной и не была признана в этом качестве государствами, ряд которых предпочел ее покинуть или вообще воздержаться от вступления.

Версальско-Вашингтонская система международных отношений, несомненно, формировалась под воздействием того, что произошло в России. Первым актом новой власти стал Декрет о мире, предложивший «всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом демократическом мире», которым должен был стать «немедленный мир без аннексий и контрибуций», а продолжение войны при этом объявлялось величайшим преступлением против человечества. Одновременно отменялась тайная дипломатия и выражалось «твердое намерение вести все переговоры совершенно открыто»10.

Примечательно, что тезис об отмене тайной дипломатии стал первым из «14 пунктов Вильсона» - составленного Президентом США проекта договора об окончании Первой мировой войны, который был призван выступить альтернативой не приемлемому для западных держав Декрету о мире.

Исключение из урегулирования России и Германии - базовых игроков на европейской и мировой сцене - а также дискриминационное отношение основных держав к новым образованиям, проигравшим в войне странам и другим государствам «второго сорта», сделали Версальско-Вашингтонскую систему изначально несбалансированной и нестабильной, что не сокращало, а, напротив, увеличивало возможность следующего мирового конфликта.

Он не заставил себя долго ждать, разразившись в 1939 году. Начало Второй мировой войны обозначило конец Версальско-Вашингтонской системы международных отношений, которая просуществовала всего 17 лет.

К ее ценностным урокам следовало бы отнести в первую очередь трагическую ошибку западных демократий, которые, допустив возрождение милитаризма в побежденной Германии, позорно заигрывали с нацистским режимом и пытались направить его агрессию на Восток вместо того, чтобы заняться созданием эффективной системы европейской безопасности, способной предотвратить войну.

Ялтинско-Потсдамская система международных отношений, сформированная союзниками по антигитлеровской коалиции, первоначально не мыслилась как биполярная. На волне общей антифашистской борьбы союзники,  несмотря  на  разногласия,  были  готовы  еще  в  Ялте и отчасти в Потсдаме вместе создавать послевоенный мир. Эти устремления реализовались в учреждении подлинно универсальной Организации Объединенных Наций в октябре 1945 года.  Однако опасения перед накопленной военной мощью Советского Союза и англосаксонские планы уничтожения глобального соперника посредством появившегося у американцев атомного оружия вскоре подвигли сменившееся руководство США и Великобритании к размежеванию. Между Западом и Востоком опустился «железный занавес» и началась «холодная война», инициированные недавними западными союзниками.

Оба понятия, вошедшие в политический оборот после Фултонской речи Черчилля в 1946 году, которая стала отправной точкой для формирования блокового противостояния в глобальном масштабе, могут служить, как представляется, примерами отрицательных ценностей в международных отношениях. Они логически добавились к гонке вооружений, которая стала серьезно беспокоить человечество с конца XIX столетия.

Возникшая биполярная система международных отношений имела на одном полюсе США со своими союзниками, создавшими в 1949 году военный блок НАТО, и на другом - СССР, вокруг которого образовывалось сообщество стран народно-демократической и социалистической ориентации. Советский Союз, выступивший в 1960 году на XV сессии Генеральной Ассамблеи ООН инициатором принятия Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам и много сделавший для их освобождения, обрел десятки сторонников из числа новых независимых государств.

Конфигурация Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений дополнилась Движением неприсоединения, которое образовали не присоединившиеся к двум блокам государства. Вместе с выходившими на международную арену молодыми государствами Азии, Африки и Латинской Америки они составляли так называемый «третий мир», в котором две сверхдержавы вели борьбу за влияние.

Ялтинско-Потсдамская система международных отношений на протяжении более 45 лет удерживала мир от новой глобальной конфронтации и, как принято считать, прекратила свое существование в 1991 году вместе с одним из ее полюсов -  Советским Союзом. Над происшедшим до сих пор продолжают размышлять ученые и политики. В американской логике все выглядело просто: были блоки, между ними шла холодная война; один из блоков распался, значит, другой - победил, мир перешел от биполярности к однополярности, холодная война окончена.

Однако далеко не все, даже из числа ближайших союзников США, согласны с такой точкой зрения. Постбиполярный мир отнюдь не стал ни более стабильным, ни более безопасным. Напротив, в нем множились политические и военные конфликты, велись активные боевые действия и напряженность достигала уровня, сравнимого с самыми опасными кризисными ситуациями в международных отношениях прошлой биполярной эпохи. Говорить на этом фоне о конце холодной войны можно было, пожалуй, лишь, чтобы обозначить временные рамки, но не завершение самого процесса глобальной необъявленной конфронтации, который, напротив, только набирал обороты.

Концепция однополярного мира с Соединенными Штатами во главе, судя по всему, никого, кроме них самих, не устраивала. Даже связанных англосаксонской солидарностью британцев роль вассала большого заокеанского брата никак не вдохновляла, не говоря уже о немцах и тем более французах. Тем не менее претензии США на то, чтобы доминировать в мире, открыто предъявлялись и отчасти реализовывались в «выкручивании рук» Евросоюзу и другим участникам международных отношений, которые различными способами влияния принуждались к следованию в фарватере американской политики, нередко вопреки собственным интересам.

Финальная фаза существования СССР проходила под флагом «общечеловеческих ценностей», продвигать которые в международных отношениях предлагал лидер страны М.С.Горбачев. Аксиология не дает однозначного ответа, существуют ли «общечеловеческие ценности» в действительности. Многие ученые склонны на этот вопрос ответить отрицательно, полагая, что «общечеловеческие ценности», возведенные в абсолют, вряд ли могут быть сопоставимы с культурным и цивилизационным многообразием мира и измеряться на предмет их универсальности и общечеловеческой значимости некими эталонами, создание которых представило бы собой отдельную проблему.

Это, впрочем, не означает, что не могут существовать ценности, которые на том или ином этапе развития человечества становятся общепризнанными. Как показывает история, происходит постепенное сближение ценностей, признаваемых различными обществами. Однако в случаях достаточно серьезных кризисных ситуаций в международных отношениях на передний план выдвигаются ценности экзистенциального характера, связанные с проблемами выживания, оттесняя на второй план такие ценности, как толерантность, демократия, права меньшинств и т. д.

В целом же современные международные отношения отличаются огромным разнообразием и чрезвычайной сложностью по структуре и содержанию. Выступая на Совещании послов и постоянных представителей Российской Федерации при международных организациях, Президент Российской Федерации В.В.Путин отмечал, что международные отношения постоянно усложняются, происходит их стремительная трансформация11. Сегодня в них тем или иным образом участвуют сотни миллионов людей самых разных профессий, возрастов, занятий и интересов.

В ходе развития международных отношений появились международные союзы и организации, заявили о себе в качестве самостоятельных участников крупные города, политические и общественные движения, неправительственные объединения.  Дипломатия вождей и королей сменилась дипломатией государств и народов, дополнилась общественной или публичной дипломатией, занимающей в наши дни далеко не последнее место на мировой арене и привносящей в международные отношения разнообразные ценности и смыслы гражданского общества.

В виде отдельных направлений сформировались международные отношения в экономической и топливно-энергетической сферах. Благодаря развитию средств транспорта и коммуникаций небывало расширились международные контакты всех уровней.

Разделительная черта между внутренней и внешней политикой становится все более прозрачной по мере того, как глобальные процессы, общие тенденции мирового развития начинают в возрастающей степени определять внутриполитическое развитие отдельных стран, городов, регионов.

Исследуя взаимосвязи внутригосударственных и международных проблем в контексте мировой политики, нельзя не видеть, что мировой порядок, построенный на взаимодействии государств и балансе их сил, вытесняется новыми международными отношениями. Они включают в себя вместе с государствами неправительственную сферу, города и местные власти, других участников, все более настойчиво заявляющих о себе на мировой арене и заметно меняющих среду международного общения, ценности и смыслы международных отношений.

 

 

 1Резолюция 55/2 Генеральной Ассамблеи ООН от 8 сентября 2000 г. Декларация тысячелетия // www.un.org

 2См.: Системная история международных отношений в четырех томах. 1918-1991. Под ред. д.п.н., профессора А.Д.Богатурова. М.: Московский рабочий, 2000.

 3Цыганков П.А. Раймон Арон о политической науке и социологии международных отношений // Власть и демократия. Зарубежные ученые о политической науке. Сборник статей. М., 1992. С. 154-155.

 4Цыганков П.А. Глава 8. Участники международных отношений // Теория международных отношений. М.: Гардарики, 2003. С. 230.

 5Там же.

 6Международные отношения: теории, конфликты, движения, организации. /П.А.Цыганков, Г.А.Дробот, М.М.Лебедева и др. / Под ред. проф. П.А.Цыганкова: Учебное пособие. Изд. 2-е, перераб. и доп.  М., 2009.

 7См.: Лобер В.Л. Международные отношения: понятие, структура, историческая логика развития // http://www/xserver.ru/user/mopsi/

 8См.: Абрамсон М.Л., Гуревич А.Я., Колесницкий Н.Ф. История средних веков. М., 1964.

 9См.: Шмитт К. Государство и политическая форма.  М.: Издательский дом ВШЭ, 2010.

10Документы внешней политики СССР. Т. 1. М.: Политиздат, 1957. С. 11-15.

11Путин В.В. Выступление на Совещании послов  и постоянных представителей Российской Федерации при международных организациях. 9 июля 2012 г. // Международная жизнь. 2012. №7. С. 2.