Суверенитет и юрисдикция государства в среде информационно-коммуникационных технологий в контексте международной безопасности


Одной из актуальных проблем современного этапа развития общества является противодействие угрозе нарушения международного мира и безопасности вследствие злонамеренного или враждебного применения информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) государствами в политических целях. Опасность данной угрозы отмечалась в политических документах Президента Российской Федерации1, лидеров других государств2, докладах Группы правительственных экспертов ООН по достижениям в сфере информатизации и коммуникаций (далее - ГПЭ)3.

По результатам работы ГПЭ4 (2013 г.) отмечалось, что международное право применимо к регулированию отношений в области поведения государств в сфере ИКТ, имеет существенно важное значение для поддержания мира и стабильности, создания открытой, безопасной, мирной и доступной ИКТ-среды. В следующем докладе ГПЭ5 (2015 г.) было отмечено, что «государственный суверенитет и международные нормы и принципы, вытекающие из принципа государственного суверенитета, распространяются на поведение государств в рамках деятельности, связанной с использованием ИКТ, а также на юрисдикцию государств над ИКТ-инфраструктурой на их территории». При этом эксперты полагали, что при осуществлении правоприменительной практики в рассматриваемой области важнейшее значение имеют обязанности государств в соответствии со следующими принципами Устава и другими нормами международного права: суверенное равенство; разрешение международных споров мирными средствами таким образом, чтобы не подвергать угрозе международный мир и безопасность и справедливость; отказ в международных отношениях от угрозы силой или ее применения как против территориальной неприкосновенности или политической независимости любого государства, так и каким-либо другим образом, несовместимым с целями ООН; уважение прав человека и основных свобод; невмешательство во внутренние дела других государств.

Рекомендации ГПЭ о применимости международного права к отношениям в ИКТ-среде и необходимости соблюдения государствами в данной среде принципов международного права в современных условиях можно рассматривать как важную политическую задачу для всего международного сообщества. Несмотря на значительное количество работ, посвященных различным аспектам данной проблемы6, приемлемого подхода к ее решению пока найти не удалось.

В настоящей статье выделены основные проблемы применения международного права к деятельности государств в ИКТ-среде, обеспечению мирного разрешения международных споров.

На основе de lege ferenda сформулированы предложения по прогрессивному развитию международного права для укрепления суверенитета государств и обеспечения полноты их юрисдикции в ИКТ-среде как необходимого условия сохранения международной безопасности и мира.

ИКТ-среда

Понятие «ИКТ-среда» является синонимом терминов «ИКТ-инфраструктура»7 и «киберпространство»8. В международных документах понятие «ИКТ-среда» впервые появилось совсем недавно9. В достаточно общем виде его содержание может быть раскрыто как совокупность средств, систем и сетей, используемых для оказания услуг телекоммуникационной связи и автоматизированной обработки информации, а также организационной инфраструктуры, предназначенной для создания и эксплуатации соответствующих средств, систем и сетей.

ИКТ-среда включает две основные составляющие - телекоммуникационную среду и информационную среду.

Телекоммуникационная среда с технической точки зрения представляет собой следующую совокупность: телекоммуникационные устройства; линии связи и каналообразующее оборудование; системы открытых протоколов обмена информацией между телекоммуникационными устройствами; глобальная система цифровых адресов и доменных имен (цифровых идентификаторов); программное обеспечение, реализующее методы, алгоритмы и процессы телекоммуникационной связи на базе протоколов взаимодействия локальных вычислительных сетей и предоставляющее доступ к локальным вычислительным сетям и иным средствам автоматизированной обработки информации (например, хост-компьютеры).

Важную роль в существовании и развитии телекоммуникационной среды выполняет организационная инфраструктура, обеспечивающая выполнение необходимых административных функций. Техническую основу телекоммуникационной среды составляют национальные сети электросвязи и сеть Интернет.

Сеть электросвязи представляет собой технологическую систему, включающую в себя средства связи и линии связи10. В Российской Федерации единая сеть электросвязи состоит из расположенных на территории России сетей электросвязи следующих категорий: сеть связи общего пользования; выделенные сети связи; технологические сети связи, присоединенные к сети связи общего пользования; сети связи специального назначения и другие сети связи для передачи информации при помощи электромагнитных систем.

Сеть Интернет является как бы технологической надстройкой над сетью электросвязи, обеспечивающей оказание услуг информационного взаимодействия пользователей на основе передачи данных и доступа к информации, расположенной в локальных вычислительных сетях. Особенностью сети Интернет является использование для передачи данных двух основных протоколов: межсетевого протокола (IP), который разделяет передаваемые данные на отдельные пакеты и снабжает их заголовками и указанием адреса получателя, и протокола управления передачей (TCP), который отвечает за правильную доставку пакета. Так как эти протоколы взаимосвязаны, обычно говорят о протоколе TCP/IP. Протоколы TCP/IP не исчерпывают совокупность протоколов, используемых в сети Интернет для выполнения функций сетевых и почтовых служб.

К числу услуг передачи и обработки информации, оказываемых с помощью сети Интернет, можно отнести, например, электронную почту, телеконференции, передачу файлов, средства доступа к информационным ресурсам (системам) в локальных сетях, расположенных в различных частях всемирной паутины и объединяемых телекоммуникационной сферой.

На базе услуг передачи и обработки информации развиваются специализированные технологии автоматизированной обработки информации в интересах осуществления различных видов деятельности: электронная коммерция, дистанционное образование, дистанционное оказание услуг в области здравоохранения, государственные услуги и т. д.

В обеспечении функционирования сети Интернет - как глобальной составляющей телекоммуникационной среды - значительную роль играют цифровые адреса объектов коммуникации как разновидность «электронных» идентификаторов (далее - цифровых) этих объектов. Адрес содержит полную информацию, необходимую для идентификации локальных вычислительных сетей, их подсетей и компьютеров. С целью облегчения процедуры доступа к этим ресурсам используется доменное имя, функция которого аналогична цифровому адресу. Доменные имена также обеспечивают возможность идентификации локальных вычислительных сетей, их подсетей и компьютеров. Для обработки пути поиска в доменах имеются специальные серверы доменных имен. Они преобразуют доменное имя в специальный цифровой адрес. Доменный адрес определяет отдельную область адресного пространства телекоммуникационной среды.

Таким образом, телекоммуникационная среда - это искусственное телекоммуникационное пространство, созданное для передачи, распространения и обеспечения доступа к информации в интересах субъектов жизни общества.

Информационная среда представляет собой совокупность вычислительных и информационных ресурсов. Вычислительные ресурсы образуются совокупностью локальных вычислительных сетей, иных средств вычислительной техники и программных средств, описывающих методы и способы автоматизации обработки информации, и могут быть использованы для организации распределенных вычислений в интересах получения требуемого пользователю результата (например, для дешифровки зашифрованного кода, моделирования сложных социальных и физических процессов).

Информационные ресурсы представляют собой совокупность структурированных массивов разнообразной информации (баз данных), предназначенной для удовлетворения потребностей пользователей.

На базе объединения вычислительных и информационных ресурсов создаются системы автоматизированного управления сложными, в том числе производственными, процессами, электронные средства массовой информации, информационные системы, социальные сети и другие объекты информационной среды. Ее устойчивое функционирование определяется в значительной степени устойчивостью функционирования телекоммуникационной среды.

В современном обществе ИКТ-среда de facto стала важным фактором развития экономической, социальной и духовной сфер общественной жизни, выполнения государством его обязанностей, в том числе в области обеспечения национальной безопасности. В связи с этим государства предпринимают усилия по обеспечению на основе государственного суверенитета и юрисдикции устойчивости функционирования и безопасности использования национальных сегментов ИКТ-среды, интеграции этих сегментов в глобальную ИКТ-среду.

Организационную инфраструктуру национального сегмента телекоммуникационной среды образуют уполномоченные федеральные органы исполнительной власти в области связи, операторы связи, конечные пользователи сети, поставщики интернет-услуг, локальные регистраторы сети и некоторые другие субъекты, а национального сегмента информационной среды - уполномоченные федеральные органы исполнительной власти в области контроля и надзора в сфере средств массовой информации, массовых коммуникаций, информационных технологий и связи, а также обладатели информации, операторы информационных систем, владельцы сайтов сети Интернет, провайдеры хостинга, организаторы распространения информации в сети Интернет, операторы поисковых систем, пользователи и некоторые другие субъекты.

Суверенитет и юрисдикция государства в ИКТ-среде

Как известно, существует достаточно много различных подходов к определению дефиниции «суверенитет»11. В то же время общий смысл этого понятия раскрывается примерно одинаково и в российской, и западной школах международного права. Суверенитет - это политико-юридическое понятие, отражающее органическое свойство государства - верховенство на своей территории, то есть отсутствие на этой территории другого субъекта власти, решающего в соответствии с Конституцией вопросы правотворчества, правоприменения (в том числе, правоохраны) судопроизводства и независимости в международных отношениях12. По мнению Конституционного суда Российской Федерации13, «суверенитет, предполагающий, по смыслу статей 3, 4, 5, 67 и 79 Конституции Российской Федерации, верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти, полноту законодательной, исполнительной и судебной властей государства на его территории и независимость в международном общении, представляет собой необходимый качественный признак Российской Федерации как государства, характеризующий ее конституционно-правовой статус». В Конституции Российской Федерации закреплена норма, определяющая, что суверенитет государства распространяется на всю его территорию14.

В международном праве под «территорией», на которую может распространяться суверенитет, понимается весь земной шар, включая его сухопутные и водные пространства, недра и воздушное пространство над ним, а также космическое пространство, включая Луну и другие небесные тела15. Пространственные пределы суверенитета конкретного государства определяются государственными границами.

Целесообразность распространения понятия «суверенитет» на ИКТ-среду (ИКТ-инфраструктуру) отмечена в Докладе ГПЭ (2015 г.)16, где закреплено согласие правительственных экспертов с тем, что «суверенитет государств и международные нормы и принципы, проистекающие из суверенитета, применяются к осуществлению государствами деятельности, связанной с ИКТ, и к их юрисдикции над ИКТ-инфраструктурой, расположенной на их территориях».

При анализе содержания понятия «суверенитет» в данном случае представляется правильным исходить из того, что ИКТ-среда как объект международных отношений представляет собой юридическую фикцию. Данная юридическая фикция заключается в том, что соответствующая совокупность устройств и средств связи, локальных вычислительных сетей, информационных систем, существующих в пространстве цифровых идентификаторов и протоколов их взаимодействия, а также субъектов обеспечения согласованного функционирования выделенных устройств, средств, сетей и систем в составе глобальной ИКТ-среды, рассматривается как составляющая территории государства, что позволяет распространить на ИКТ-среду понятия «суверенитет государства» и «юрисдикция государства».

Суверенитет и юрисдикция государства в телекоммуникационной среде означает его верховенство в сети электросвязи и в определенной части сети Интернет, которая может быть названа «национальным сегментом» данной сети. Это верховенство проявляется в осуществлении государственной юрисдикции на основе принципов территориальности и защиты национальных интересов.

Несмотря на то что по поводу понятия «юрисдикция государства» продолжаются научные дискуссии17, представляется возможным в развитие позиции С.В.Черниченко18 исходить из того, что юрисдикция - это область общественных отношений, в которой государство считает возможным и допустимым ожидать, требовать и добиваться осуществления его правовых велений, а также устанавливать и развивать сотрудничество с другими государствами, в том числе посредством участия в деятельности международных организаций. Юрисдикция государства осуществляется с учетом признанных государством международных договоров, а также международных обычаев и общих принципов права. Как закреплено в Конституции Российской Федерации, «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы»19.

По мнению А.Р.Каюмовой, наиболее распространенным критерием классификации юрисдикции является ее объем, или содержание, которое определяется содержанием правотворческой, правоприменительной и правоохранительной деятельности, обеспеченной судопроизводством, то есть предметной сферой этих видов деятельности государства.

В рамках государственной юрисдикции в национальном сегменте сети электросвязи осуществляется реализация законодательной, исполнительной и судебной властей в следующих областях20:

- связь, координация деятельности по созданию и развитию сетей связи, спутниковых систем связи, использование на территории Российской Федерации спутниковых систем связи гражданского назначения, в том числе систем телевизионного вещания и радиовещания;

- создание, развитие и эксплуатация сетей связи, а также применение средств связи, выполнение функций администрации связи Российской Федерации, присоединение сетей электросвязи и некоторые другие вопросы;

- использование радиочастотного спектра;

- использование ресурса нумерации, в том числе в российских сегментах международных сетей связи;

- оказание услуг связи;

- подтверждение соответствия средств связи и услуг связи установленным требованиям;

- организационно-техническое обеспечение устойчивого функционирования сетей связи, защита сетей связи от несанкционированного доступа к ним и передаваемой посредством их информации.

Суверенитет государства в области сети Интернет определяется его верховенством в национальном сегменте сети Интернет. Понятие «национальный сегмент» сети Интернет не имеет нормативно-правового закрепления, но, очевидно, подразумевается законодателем при регулировании общественных отношений в этой сети21.

Пространственные пределы государственного суверенитета в сети Интернет в настоящее время не определены. Остается неясным и метод отграничения национального сегмента одного государства от национального сегмента другого государства, и, соответственно, пространство государственной юрисдикции.

На территории в традиционном смысле слова пределы суверенитета и территориальной юрисдикции государств определяются государственными границами. Эти границы представляют собой условные линии, прочерченные по суше и водам, а также проходящие по этим линиям вертикальные поверхности, определяющие пределы суверенитета государств на земной поверхности, в воздушном пространстве и недрах. Подобный механизм закрепления государственных границ в сети Интернет пока не предложен.

Суверенитет государства в информационной среде означает его верховенство в пространстве вычислительных и информационных ресурсов.

Содержание юрисдикции государства в национальном сегменте информационной сферы охватывает общественные отношения в области информатизации и использования информационных ресурсов в интересах личности, общества и государства22.

Исходя из этого, государство осуществляет юрисдикцию в следующих областях:

- категорирование информации, предъявление требований к ее хранению и контроль за их выполнением;

- применение информационных технологий, включая вопросы использования программ для электронных вычислительных машин и баз данных;

- создание и эксплуатация информационных систем;

- использование информационно-телекоммуникационных сетей;

- обеспечение защиты информации.

Учитывая, что реализация юрисдикции в выделенных областях возможна только при устойчивом функционировании национального сегмента телекоммуникационной среды, можно полагать, что пространственные пределы суверенитета государства в информационной среде совпадают с пространственными пределами верховенства государства над национальным сегментом телекоммуникационной среды и прежде всего пространственными пределами суверенитета в национальном сегменте сети Интернет, то есть верховенства государства в области обеспечения устойчивого функционирования и безопасного использования данного сегмента в составе глобальной сети Интернет.

К важным вопросам государственной юрисдикции в этом сегменте, в частности, относятся группы общественных отношений, связанные с осуществлением следующих функций: присвоение цифровых идентификаторов локальным вычислительным сетям и поддержание в актуальном состоянии связанных с этими идентификаторами информационных систем; принятие и контроль реализации протоколов информационного взаимодействия пользователей и объектов информационной среды, используемых стандартов; идентификация, установление и поддержание правового режима критически важных объектов ИКТ-среды; стимулирование развития новых ИКТ и способов их практического применения во всех сферах жизнедеятельности общества.

Применение международного права в ИКТ-среде
в контексте безопасности

Применение международного права для регулирования международных отношений осуществляется государствами на основе суверенитета и государственной юрисдикции, а также уважения общих принципов права, признанных цивилизованными народами, в частности принципа справедливости, и в целях обеспечения национальной безопасности.

Как полагает политическое руководство Российской Федерации23, одной из целей международного сотрудничества в области международной информационной безопасности является создание условий, обеспечивающих снижение риска использования информационных и коммуникационных технологий для осуществления враждебных действий и актов агрессии, направленных на дискредитацию суверенитета, нарушение территориальной целостности государств и представляющих угрозу международному миру, безопасности и стратегической стабильности.

В этой связи важным аспектом государственного суверенитета и государственной юрисдикции, базирующейся на принципе защиты национальных интересов, и прежде всего обеспечения национальной безопасности, является противодействие угрозе злонамеренного и враждебного использования ИКТ против прав и свобод граждан, интересов общества и государства, нарушения международного мира и безопасности. В рамках государственной юрисдикции решаются вопросы выявления признаков злонамеренного использования ИКТ, расследования инцидентов в ИКТ-среде, закрепления юридических фактов, порождающих, изменяющих и прекращающих правоотношения в области ИКТ-среды, связанные с защитой национальных интересов и выполнением международных обязательств Российской Федерации.

Возможность реализации государственной юрисдикции в рассматриваемой области на основе принципа справедливости существенно ограничена в силу ряда обстоятельств.

Во-первых, регулирование отношений в ИКТ-среде обусловлено предоставлением на основе доброй воли США разработанных ими телекоммуникационных технологий для использования субъектами других государств мира. Обязательства по обеспечению устойчивости функционирования и безопасности использования государствами мира технологий, реализованных и развивающихся в рамках сети Интернет, не взяло на себя ни одно государство, включая США.

С согласия правительства США регулирование отношений в этих областях приняли на себя специализированные некоммерческие организации, зарегистрированные на их территории. К числу таких организаций, в частности, относятся: Общество Интернета (Internet Society - ISOC), Консорциум Всемирной паутины (World Wide Web Consortium - W3C), Корпорация по присвоению имен и адресов в Интернете (Internet Corporation for Assigned Names and Numbers - ICANN), Администрация адресного пространства Интернет (Internet Assigned Number Authority - IANA).

Реализация компетенций в рассматриваемой области некоммерческими организациями, находящимися под юрисдикцией США и не обладающими вследствие этого ни международной правоспособностью, ни дееспособностью, ни деликтоспособностью, не способна создать в данной области международные правовые обязательства для государств.

Во-вторых, отсутствие признанных международным сообществом механизмов делимитации границ государств в ИКТ-среде и, соответственно, международных договоров, закрепляющих границы национальных сегментов ИКТ-среды, не позволяет использовать суверенитет государства в данной среде как средство добросовестного выполнения международных обязательств.

В-третьих, в отсутствие международных договоров, регулирующих отношения в области обеспечения устойчивости функционирования и безопасности использования сети Интернет, в международном праве сложился определенный международный правовой обычай24 решения данной проблемы.

Как известно25, основными признаками международного правового обычая являются продолжительное существование соответствующей государственной практики и убежденность в правомерности и необходимости соответствующего действия. В данном случае рассматриваемый правовой обычай существует уже более 20 лет. Его принятие в качестве правовой нормы подтверждается, в частности, нормой федерального законодательства Российской Федерации, которая устанавливает, что «регулирование использования информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым не ограничен определенным кругом лиц, осуществляется в Российской Федерации с учетом общепринятой международной практики деятельности саморегулируемых организаций в этой области»26.

Основное содержание данного обычая заключается в следующем:

- образование, развитие и функционирование ИКТ-среды как у нас в стране, так и за рубежом осуществляется прежде всего на основе реализации инициативы негосударственных субъектов, действующих в своих интересах, то есть на основе гражданских отношений;

- существование под эгидой правительства США системы присвоения цифровых идентификаторов и поддержание в актуальном состоянии информационных систем, обеспечивающих навигацию запросов пользователей в пространстве данных идентификаторов;

- фактическое устранение государства от регулирования отношений в области развития национальных сегментов ИКТ-среды, обеспечения устойчивости их функционирования и безопасности использования, интегрированности в глобальную сеть Интернет;

- развитие национального сегмента ИКТ-среды, а также сети связи общего пользования как составляющей единой сети электросвязи осуществляется на основе частных инвестиций операторов связи и провайдеров услуг сети Интернет, а их взаимодействие с операторами связи и провайдерами услуг сети Интернет других государств регулируется гражданским правом;

- присвоение цифровых идентификаторов операторам связи осуществляется на основе договорных отношений, регулируемых гражданским законодательством.

В-четвертых, ИКТ-среда базируется на реализации ИКТ в пространстве электромагнитных полей, что придает многим происходящим в этой среде юридически значимым событиям (юридическим фактам) свойство виртуальности.

Объективизация этих событий и атрибуция субъектов, вовлеченных в возникающие правоотношения, осуществляется государствами в рамках осуществления внутренней юрисдикции и применения международного права на основе презумпции доверия к национальным органам, уполномоченным осуществлять правоприменительную практику, правоохрану и правозащиту.

В то же время, учитывая виртуальность событий, происходящих в процессе реализации ИКТ в ИКТ-среде, у других государств часто отсутствуют достаточные основания доверять заключениям органов исполнительной власти других государств. Новейшая история дает достаточно оснований для возникновения такого недоверия. Например, утверждение официальных лиц США в Совете Безопасности ООН о наличии средств массового поражения у Ирака (2003 г.), трактовка мандата Совета Безопасности ООН государствами, участвовавшими в вооруженном вторжении в Ливии (2004 г.), обоснование необходимости вооруженного вторжения государств НАТО в Югославию без мандата Совета Безопасности ООН (2001 г.) и т. д.

В-пятых, ИКТ по определению не являются оружием27, что делает невозможным использование ст. 51 Устава ООН для противодействия враждебному использованию ИКТ против территориальной целостности и политической независимости государств. В то же время, по мнению многих экспертов, враждебное использование ИКТ потенциально способно привести как к серьезным человеческим жертвам, так и оказать существенное разрушительное воздействие на инфраструктуру современного общества.

В-шестых, современные международные договоры в области безопасности и международного гуманитарного права не адаптированы к применению в ИКТ-среде.

Исходя из того, что источниками международного права в юридическом смысле слова являются формы, в которые облекаются нормы международного права, выражающие согласованную волю его субъектов28, к основным источникам международного права29 относятся прежде всего международные договоры, не только определенно признанные государствами (как известно, договор не создает обязательств или прав для третьего государства без его на то согласия30), но и создающие основание для добросовестного толкования в соответствии с обычным значением, которое следует придать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и целей договора31. Возможность трактовки положений международных договоров в области безопасности и международного гуманитарного права в терминах ИКТ-среды не предусматривалась государствами, подписавшими эти договоры, и, соответственно, не накладывает на них никаких обязательств.

Таким образом, применение международного права к ИКТ-среде в контексте международной безопасности создает существенные риски безответственного нарушения целостности сети Интернет посредством злонамеренного использования ИКТ, а также предоставляет заинтересованным государствам значительные возможности для манипуляций международным и национальным общественным мнением в области международной правовой ответственности государств за совершение международно-противоправных деяний, а также существенно затрудняет разрешение мирными средствами международных споров по поводу инцидентов, которые могут возникнуть в ИКТ-среде.

Предложения по прогрессивному развитию
международного права и его адаптации к ИКТ-среде

Основным способом решения выделенных выше проблем является прогрессивное развитие международного права применительно к деятельности государств в ИКТ-среде. Данный процесс может происходить в форме подготовки и заключения международных договоров, составляющих основные источники международного права безопасности и международного гуманитарного права, а также договоров, развивающих международное процедурное право применительно к регулированию международных отношений в ИКТ-среде.

В качестве примера рассмотрим пути развития и адаптации некоторых международных договоров. 

Устав ООН32. Как показывают проведенные исследования, все положения Устава ООН могут быть применены к ИКТ-среде.

В то же время представляется важным дополнительно закрепить трактовку враждебного применения ИКТ как средства «силы» (ст. 2(4) и «вооруженного нападения» (ст. 51);

Как отмечалось выше, ИКТ не являются оружием по определению, но могут приобрести такие свойства посредством превращения в оружие некоторых устройств и механизмов невоенного назначения и, соответственно, использования их для организации вооруженного нападения.

Прецедент такой трактовки «вооруженного нападения» создан резолюциями СБ ООН33 по результатам обсуждения трагических событий в США 11 сентября 2001 года. Данное нападение было осуществлено с использованием гражданских самолетов.

Декларация о принципах международного права34. Закрепленные в декларации положения не создают препятствий для их применения при регулировании международных отношений в ИКТ-среде.
В то же время с учетом их применения в новой сфере международной жизни, обладающей рядом особенностей, положения декларации нуждаются в дополнении. В таком дополнении целесообразно было бы уточнить трактовки отдельных формулировок декларации применительно к ИКТ-среде.

Например, уточнить применительно к этой среде трактовку территориальной неприкосновенности или политической независимости, суверенного равенства и некоторых других норм.

Гаагские и Женевские конвенции35. Принципы и нормы международного права безопасности и международного гуманитарного права, закрепленные данными нормативными правовыми актами, не регулируют отношения в области враждебного использования ИКТ в качестве средств «силового» воздействия на противника в ходе вооруженных конфликтов и поэтому нуждаются в уточнении.

Так, целесообразно уточнить, как осуществляется отделение в ИКТ-среде зоны вооруженного конфликта от национальных сегментов ИКТ-среды нейтральных государств. Каков должен быть механизм опознания гражданских и военных объектов в ИКТ-среде, без которого невозможно соблюдение принципов необходимости и пропорциональности в ходе вооруженного конфликта, а также выполнение некоторых других ограничений, накладываемых международным гуманитарным правом на военные действия? Какие процедуры проведения международных расследований по признакам нарушения данных ограничений одной из воюющих сторон необходимо выполнять уполномоченным органам?

Процедурные принципы и нормы объективизации враждебного использования ИКТ и атрибуции субъекта данной деятельности

Международное процедурное право36 представляет собой совокупность принципов и норм, регулирующих порядок осуществления прав и обязанностей субъектов международного права, то есть правоприменительную деятельность данных субъектов, практическую реализацию ими принадлежащих им юридических властных полномочий.

Применительно к ИКТ-среде эти властные юридические полномочия охватывают в том числе отношения в области использования имеющихся средств самообороны для отражения «вооруженного нападения», расследования инцидентов в ИКТ-среде, обладающих признаками нарушения норм международного гуманитарного права, и другие.

Представляется, что для минимизации рисков ошибочной оценки инцидентов в ИКТ-среде, а также выявления негосударственных субъектов враждебного использования ИКТ целесообразно создать на базе уже существующих международных организаций систему объективизации и атрибуции опасных инцидентов в ИКТ-среде на основе презумпции доверия к национальным уполномоченным органам исполнительной власти и основанной на согласии членов международного сообщества презумпции доверия к третьей уполномоченной государствами стороне.

При этом важно, чтобы в реализации процедурных норм и принципов на основе универсальных международных договоров принимали участие все заинтересованные лица, включая национальных провайдеров интернет-услуг и операторов связи.

Международные договоры по делимитации границ в ИКТ-среде. В контексте предотвращения нарушений международного мира и безопасности и реализации механизмов приписывания государствам международно-правовой ответственности sui generis за совершение международно-противоправного деяния представляются актуальными проблемы делимитации государственных границ в ИКТ-среде.

q

Государственный суверенитет в ИКТ-среде является важной составляющей суверенитета современного государства и создает основание для юрисдикции государства в телекоммуникационной и информационной средах. Юрисдикция государств в ИКТ-среде в определенной мере базируется на международном правовом обычае, следование которому в период обострения международных отношений порождает опасные риски для обеспечения национальной безопасности и независимых государств.

Для укрепления международного мира и безопасности в условиях обострения угрозы враждебного использования государствами ИКТ против других государств представляется важным активизировать усилия международного сообщества по реализации рекомендаций ГПЭ, связанных с принятием и соблюдением правил ответственного поведения государств в ИКТ-среде37, а также по прогрессивному развитию и адаптации международного права к данной среде.

 

 1Основы государственной политики Российской Федерации в области международной информационной безопасности на период до 2020 г. Утверждена Президентом Российской Федерации 24 июля 2013. №Пр-1753.

 2International Strategy for Cyberspace. Prosperity, security, and networked world. 2011. May. President of United States // www.whitehouse/sites/default/files/rss_viewer/international security for cyberspace; Государственные стратегии кибербезопасности. Европейское агентство по сетевой безопасности. 2012 // http://www.securitylab.ru/analytics/429498.php

 3Доклады Группы правительственных экспертов ООН по достижениям в сфере информатизации и телекоммуникаций в контексте международной безопасности (2010, 2013, 2015 гг.).

 4Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 24 июня 2013 г. A/68/98*.

 5Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 22 июля 2015 г. A/70/174.

 6Schmitt M.N. Computer Network Attack and the Use of Force in International Law: Thoughts on a Normative Framework // Columbia Journal of Transnational Law. 1999. Vol. 37; Tikk E. 10 Rules of Behaviour for Cyber Security. Maeve Dion, Stockholm University. 2010; Шинкарецкая Г.Г. Информационные технологии, война и гражданское население. Институт государства и права РАН // www.igpran/ articles/3404/; Koh H.H. International Law in Cyberspace // Harvard International Law Journal. December 2012. Vol. 54; Stauffacher D., Kavanagh C. Confidence building measures and International Cyber Security. Geneva: ICT4Peace Publishing; Крутских А.В., Стрельцов А.А. Проблемы применения международного права к злонамеренному использованию информационно-коммуникационных технологий // Международная жизнь. 2014. №11; Десятый международный форум «Партнерство государства, бизнеса и гражданского общества при обеспечении международной информационной безопасности». 20-23 апреля 2015 г., Гармиш-Партенкирхен, Германия; Тиунов О.И., Авхадеев И.З. Об использовании информационно-коммуникационных технологий в вооруженных конфликтах и вопросы применимости международного права к их использованию государствами // Современное международное право. Теория и практика. М., 2015.

 7http://itlaw.wikia.com

 8http://en.wikipedia.org

 9Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 22 июля 2015 г. A/70/174.

10Федеральный закон «О связи» от 7 июля 2003 г. №126-ФЗ.

11Ушаков Н.А. Суверенитет в современном международном праве. М., 1963; Марченко М.Н. Государственный суверенитет: проблемы определения понятия и содержания // Правоведение. 2003. №1; Моисеев А.А. Критика концепции относительного государственного суверенитета // Московский журнал международного права. 2007. №3; Пастухова Н.Б. О многообразии подходов к трактовке и пониманию суверенитета // Государство и право. 2007. №12.

12Международное право / Отв. ред. К.А.Бекяшев. М.: Проспект, 2015. С. 56; State sovereignty is the concept that states are in complete and exclusive control of all the people and property within their territory. The Levin Institute. The State University of N.Y., 2016 // www.globalization101.org

13Постановление Конституционного суда РФ от 7 июня 2000 г. №10-П. По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации».

14Конституция Российской Федерации. Ст. 4.

15Международное право / Отв. ред. В.И.Кузнецов, Б.Р.Тузмухамедов. М.: НОРМА ИНФРА-М, 2010. С. 439.

16Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 22 июля 2015 г. A/70/174.

17Каюмова А.Р. Понятие и виды юрисдикции в международном праве // Современное международное право. Теория и практика. М., 2015. С. 240-255.

18Черниченко С.В. Международное право. М.: НИМП, 1999. С. 114.

19Конституция Российской Федерации. Ст. 15. П. 4.

20Федеральный закон «О связи» от 7 июля 2003 г. №126-ФЗ.

21Федеральный закон от 5 мая 2014 г. №97-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам упорядочения обмена информацией с использованием информационно-телекоммуникационных сетей».

22Федеральный закон от 27 июля 2006 г. №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». Ст. 1.

23Основы государственной политики в области международной информационной безопасности на период до 2020 г. Утверждены Президентом Российской Федерации 24 июля 2013 г. №Пр-1753.

24Статут Международного суда. Ст. 38.

25Международное право / Отв. ред. К.А.Бекяшев... С. 27.

26Федеральный закон от 27 июля 2006 г. №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». Ст. 15. П. 2. Абз. 1.

27Стрельцов А.А. Основные направления развития международного права вооруженных конфликтов применительно к киберпространству // Право и государство. 2014. №3.

28Словарь международного права. М.: Международные отношения. 1982. С. 59.

29Международное право / Отв. ред. К.А.Бекяшев... С. 26-28.

30Венская конвенция о праве международных договоров. 23 мая 1969 г. Ст. 31. П. 1.

31Там же. Ст. 34.

32Устав Организации Объединенных Наций. 26 июня 1945 г.

33Резолюции Совета Безопасности ООН 1368 от 12 сентября 2001 г., 1373 от 28 сентября 2001 г.

34Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН. Резолюция 2625 Генеральной Ассамблеи ООН от 24 октября 1970 г.

35Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны. Гаага, 18 октября 1907 г.; Конвенция о положении неприятельских торговых судов при начале военных действий. Гаага, 18 октября 1907 г.; Конвенция о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае сухопутной войны. Гаага, 18 октября 1907 г.; Конвенция о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду. Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 31/72. 10 декабря 1976 г.; Конвенция об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях. Женева, 12 августа 1949 г.; Конвенция об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших крушение, из состава вооруженных сил на море. Женева, 12 августа 1949 г.; Конвенция об обращении с военнопленными. Женева, 12 августа 1949 г.; Конвенция о защите гражданского населения во время войны. Женева, 12 августа 1949 г.; Дополнительный протокол к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 г., касающийся защиты жертв международных вооруженных конфликтов. Женева,
8 июня 1977 г.; Дополнительный протокол к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 г., касающийся защиты жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера. Женева, 8 июня 1977 г.

36Международное право / Отв. ред. К.А.Бекяшев... М.: С. 320

37Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 22 июля 2015 г. A/70/174.

Отправить статью по почте