Упрощенная HTML-версия
Май, 2017
Публичная дипломатия США в трансформирующемся мировом порядке
175
Прежде всего, с 2013 года вместо концепции «мягкой силы»*
началось активное использование стратегических коммуникаций, то
есть предпочтение было отдано пропаганде, а не трудоемкому про-
цессу привлечения зарубежной аудитории
24
. Определенное влияние
на данный выбор оказали достижения российского международного
вещания, которые в США характеризуются как «угроза российской
дезинформации»
25
. Важную роль в американских стратегических
коммуникациях играет созданный в 2016 году Центр глобального
вовлечения
26
- структурное подразделение Государственного депар-
тамента, изначально занимавшееся противодействием радикальной
идеологии ИГИЛ, но в настоящее время, по словам ведущего амери-
канского исследователя в области ПД профессора Николаса Калла,
направленное против российских усилий в области информацион-
ной работы
27
.
Следующим шагом в регулировании публичной дипломатии со сто-
роны Госдепа стал переход к цифровой дипломатии, ознаменовавший-
ся запуском множества цифровых платформ и интернет-сообществ
выпускников американских культурно-образовательных программ.
Так, уже через год после произнесения в 2010 году госсекретарем
Х.Клинтон исторической речи о том, что США будут вести прямой
диалог с молодыми активными гражданами зарубежных стран
28
, во
время событий в Египте на площади Тахрир координация протестов
среди выпускников американских вузов велась путем использова-
ния социальных сетей. Как отмечает профессор Наталья Цветкова,
использование сети Интернет стало основным инструментарием со-
циально-политических протестов в Северной Африке, на Ближнем
Востоке и на постсоветском пространстве, а мобилизация активной
арабской молодежи, обучение ее методам координации посредством
социальных сетей, создание многочисленных виртуальных НПО, ко-
*
Представляется важным отметить, что как альтернативу термина «мягкая сила» российский уче-
ный М.А.Хрусталёв ввел понятие «сознательное влияние»: «Говоря о влиянии, необходимо сделать
некоторое уточнение. Оно может быть стихийным или сознательным. Первое есть продукт нали-
чия материальных ресурсов, так как сила и богатство оказывают влияние уже самим фактом сво-
его существования. Однако стихийное влияние не поддается регулированию и в лучшем случае
принуждает, то есть потенциально содержит в себе угрозу. В отличие от него сознательное влия-
ние убеждает. В последнее время в американской политической науке стал использоваться для его
обозначения термин «soft power» («мягкая сила»). Подобная терминологическая инновация пред-
ставляется не вполне удачной, хотя она и получила признание и распространение в отечественных
научных публикациях» // См.:
Хрусталев М.А.
Анализ международных ситуаций и политическая
экспертиза: очерки теории и методологии. М.: НОФМО, 2008. С. 59.