Упрощенная HTML-версия
«Международная жизнь»
Николай Тавдумадзе
74
доложу я вам, был человек: он к нам на лекции приходил вовсе без
конспектов, все расчеты и формулы, которые записывал на доске,
держал в голове!»
Высоколян преподавал точные науки не только военным. На
протяжении многих лет, вплоть до своей кончины, он возглавлял в
Национальном университете Асунсьона кафедры физико-математи-
ческих и экономических наук. Дивизионный генерал парагвайской
армии к коммунистической идеологии и советским порядкам отно-
сился крайне отрицательно, но это отнюдь не мешало ему без пред-
убеждения, более того, с уважением относиться к советской науч-
ной и инженерной школам. По этому поводу уместно сослаться на
историю, которую при встрече рассказал мне нынешний проректор
по академической работе УНА Э.Рохас Санабриа.
В начале 1970-х годов в Монтевидео свободно продавались из-
данные в СССР на испанском языке учебники для вузов по матема-
тике и физике, в том числе по сопромату и термодинамике. Высо-
колян рекомендовал своим студентам при возможности приобрести
советские учебные пособия. Те при первой же поездке в Уругвай
так и сделали, но при возвращении на парагвайской границе у них
возникли проблемы. Стресснеровский служака-перестраховщик на
таможне отказался пропускать книги, изданные в СССР. Причем от
него, как горох от стены, отскакивали все доводы о том, что мате-
матика к идеологии не имеет отношения, а сопротивление матери-
алов никак не пересекается с теорией классовой борьбы. Словом,
понадобилось личное вмешательство влиятельного генерала Вы-
соколяна, к мнению которого прислушивался сам Стресснер, что-
бы уладить «таможенный инцидент» и осадить не в меру ретивого
чиновника. Те учебники впоследствии штудировало не одно поко-
ление парагвайских студентов. А советские книги, завезенные по
инициативе ученого-белоэмигранта, до сих пор находятся в библио-
течном фонде УНА.
Имя другого нашего незаурядного во многих отношениях сооте-
чественника - генерала Беляева в этой статье приводилось уже не
раз, что объясняется ролью и местом этого человека в истории не
только русской общины, но и всего Парагвая. Отдельно хочется рас-
сказать о Беляеве как об этнографе, антропологе и защитнике прав
коренного индейского населения. По мнению многих исследовате-
лей, по практическому вкладу в изучение аборигенного населения
он вполне может быть поставлен в один ряд с Н.Н.Миклухо-Мак-