ENGLISH
18:47 27.06.2026 • 
В эти дни отмечается важная историческая дата – 60-летие официального визита президента Франции генерала Шарля де Голля в СССР, состоявшегося с 20 июня по 1 июля 1966 года.
20 июня 1966 г. президент Франции генерал Шарль де Голль прибыл в СССР. Этот визит стал самым продолжительным из всех зарубежных поездок главы Пятой республики: он вернулся на родину только 1 июля. За это время французский лидер посетил Москву, Новосибирск, космодром Байконур, Ленинград, Киев и Волгоград.
Он приехал в Советский Союз во время холодной войны, и его визит открыл новые перспективы западно-советского сотрудничества. Генерал де Голль продемонстрировал США и Европе необходимость взаимодействия с СССР, несмотря на идеологические противоречия.
Президента Пятой республики приветствовали так, как не встречали даже ближайших союзников. Накануне все газеты перепечатали статью ТАСС. Де Голля превозносили как сторонника мира и патриота Франции, сообщал корреспондент издания L’Express.
В кинотеатрах вместо традиционных для годовщины нападения Германии на СССР военных фильмов показывали французские комедии и приключенческие картины: «Папа, мама, служанка и я» (1954), «Железная маска» (1962), «Три мушкетера» (1961).
На предприятиях отбирали добровольцев, которые хотели приветствовать высокого гостя, – их расставили вдоль улиц с флажками. По словам журналиста L’Express, людей не принуждали участвовать в мероприятии, а число желающих оказалось почти рекордным: по уровню популярности де Голль уступал разве что космонавтам и президенту Египта Абделю Нассеру.
20 июня 1966 г. президентский самолет, сопровождаемый советскими реактивными истребителями, приземлился в аэропорту «Внуково». Для встречи де Голля, его супруги Ивонны, сына Филиппа, министра иностранных дел Мориса Кув де Мюрвиля и других членов делегации прибыли председатель президиума Верховного совета Николай Подгорный и председатель Совета министров Алексей Косыгин. Зарубежных гостей приветствовал почетный караул трех родов войск, прогремел 21 артиллерийский залп. Высокопоставленного гостя поселили в Кремле.
L’Express отмечал, что в СССР, где каждый жест строго регламентирован, подобный прием обычно оказывали лишь лидерам «братских стран» – и де Голль об этом знал. Схожего мнения придерживался и журнал The New Yorker: «Такого приема не удостаивался ни один глава иностранного государства – даже руководители социалистических стран».
Голлевская Франция стремилась утвердиться в качестве независимой державы, объясняет французское интернет-издание Parlons Politique. Де Голль отстаивал простую идею: страна должна выстраивать диалог как с Востоком, так и с Западом, не ограничиваясь рамками различных блоков и альянсов.
Еще в 1958 г. политик начал дистанцироваться от НАТО, постепенно выводя французские вооруженные силы из подчинения альянса. Окончательный разрыв с блоком произошел в 1966‑м – полноценное членство восстановил лишь Николя Саркози в 2009‑м.
Де Голль пытался выстроить тонкий баланс между Востоком и Западом, чтобы добиться лидерства Франции в Западной Европе и сдерживать Западную Германию с помощью стимулов и угроз, писала в 1966 г. The New York Times. Диалог с СССР, подразумевавший намек на возможный будущий альянс в случае усиления Германии, являлся угрозой.
Сам генерал отмечал, что НАТО и американское оружие служили прекрасной защитой от СССР – до тех пор, пока тот не создал собственную ядерную бомбу. В условиях ядерного паритета, опасался де Голль, Европа рисковала превратиться в поле боя или стать разменной монетой в случае сговора двух сверхдержав. Именно поэтому он считал необходимым выстраивать отношения с Советским Союзом автономно в рамках концепции «Европа от Атлантики до Урала».
Переговоры между делегациями стартовали уже в первый день визита. Западные корреспонденты обратили внимание на символический жест: двери, через которые входили участники, распахнулись абсолютно одновременно, подчеркивая равный статус гостей и хозяев.
Обсуждение началось с вопросов политики в отношении Восточной Германии, и атмосфера в зале поначалу оказалась несколько напряженной. В последующие дни (двери снова открывались синхронно) в центре внимания была экономика, и переговоры шли явно спокойнее. Иностранные гости жаловались, что СССР слишком мало закупал у Франции, Косыгин парировал – французские товары слишком дороги.
Тем временем в прессу стали просачиваться новости: фирма Chausson заключила с СССР контракт на поставку оборудования для штамповки кузовов автомобилей, а переговоры с Renault близятся к завершению.
20–22 июня де Голль провел в Москве. Французский журнал Paris Match шутил: «В первый раз после Великого пожара 1812 г. [французский] триколор развевается над Кремлем». Сам генерал был более дипломатичен. В одной из речей, вспоминая войну с Наполеоном, он говорил о ней как о «времени действия романа «Война и мир». Имя корсиканца он вслух не произнес.
Помимо переговоров де Голль осмотрел столицу, посетил МГУ, побывал на спектакле «Ромео и Джульетта» на музыку Сергея Прокофьева в Большом театре, выступил с речью перед москвичами с балкона Моссовета. Французскому президенту заранее сообщили, что последним, кто выступал с этой трибуны до него, был Владимир Ленин – это произошло в 1922 г.
Особенностью выступлений французского лидера стало то, что он неизменно завершал свои речи на русском языке, чем неизменно вызывал восторг собравшихся. К примеру, в Ленинграде он продекламировал отрывок из «Медного всадника» Александра Пушкина: «Красуйся, град Петров, и стой неколебимо, как Россия».
23 июня де Голль отправился в Новосибирск. Гостя разместили в деревянном доме на берегу Оби. Специально к приезду французской делегации Совет министров СССР принял постановление, исключающее Новосибирск из списка городов, закрытых для посещения иностранцами.
Сначала французам продемонстрировали промышленный потенциал Новосибирска, включая завод «Сибэлектротяжмаш», а затем научный – в Академгородке. Де Голль стал первым главой зарубежного государства, посетившим это место. Нашлось место и для культурной программы: гостям показали балет «Каменный цветок» на музыку Сергея Прокофьева.
25 июня президент Франции прибыл на один из самых секретных объектов СССР – 5‑й научно‑исследовательский испытательный полигон Минобороны, ныне известный как космодром Байконур. Ради конспирации перед визитом изменили название города на стеле при въезде: на несколько дней «Ленинск» превратился в «Звездоград». Де Голлю продемонстрировали пуски ракет: на орбиту вывели спутник «Космос‑122», а боевые ракеты Р‑16У успешно поразили учебные цели на расстоянии, сопоставимом с дистанцией до Вашингтона.
26 июня маршрут де Голля пролегал в Ленинград, где его ждала обширная программа. Президент посетил Эрмитаж, завод по производству турбин им. XXII съезда КПСС, присутствовал на мессе в костеле Лурдской Божьей Матери, а также побывал на Пискаревском кладбище, где похоронены погибшие во время блокады.
Вечером 27 июня генерал оказался в Киеве. В своей речи он затронул тему исторических связей Франции с Киевской Русью, напомнив, что дочь Ярослава Мудрого, Ярославна, стала королевой Франции, выйдя замуж за короля Генриха I.
На следующий день де Голль вылетел в Волгоград. В выступлении он поделился воспоминаниями о первом визите в этот город в 1944 г., когда тот еще лежал в руинах. На следующий день французский гость посетил Волжскую ГЭС – в то время крупнейшую в Европе, после чего вернулся в Москву. В столице он присутствовал на военных учениях в Гвардейской Таманской дивизии, а оставшиеся дни визита были посвящены переговорам и подписанию итоговых документов.
Еще в декабре 1944 г., будучи председателем временного правительства Французской республики, де Голль провел переговоры с Иосифом Сталиным. Маршрут визита был спланирован так, чтобы добираться до Москвы через Баку с остановкой в Сталинграде (современном Волгограде). Итогом стало подписание Договора о союзе и военной помощи между Советским Союзом и Францией. Но начало холодной войны сделало его фактически бесполезным, а в 1955 г. он был аннулирован президиумом Верховного совета СССР.
Визит де Голля в СССР в 1966 г. наделал много шума. Американский еженедельник The New Yorker называл его «триумфом французов», а британская газета The Times – «потенциально самой важной дипломатической поездкой послевоенного мира».
Поездка французского лидера имела во многом символическое значение. Министр иностранных дел Франции Кув де Мюрвиль заранее предупредил депутатов национального собрания, что планируются соглашения в сфере культуры, науки, космоса и экономики, а также заключительное коммюнике о совместных усилиях по нормализации отношений. При этом он подчеркнул, что «захватывающих соглашений» ожидать не стоит. «Русские очень мало получили от де Голля, если не считать протянутой руки дружбы и набора высказываний о том, как должна развиваться Европа», – соглашался после завершения визита американский журнал The Atlantic.
Тем не менее был заключен ряд отраслевых соглашений. Одно из ключевых касалось сотрудничества с компанией Renault: она участвовала в модернизации завода «Москвич» и в создании Камского автомобильного завода (КамАЗ).
L’Express утверждала, что Советы предложили запустить на своем ракетоносителе любой французский спутник в любое время и бесплатно. Но это было невозможно: французские спутники содержали американские комплектующие, из‑за чего их отправка в СССР была запрещена. К тому же Франция активно развивала общеевропейскую космическую программу. В итоге стороны подписали 10‑летнее рамочное соглашение. Интересно, что уже в 1970 г. на аппарате «Луноход-1» стоял французский лазерный отражатель.
Президент Франции (1995–2007 гг.) Жак Ширак, говоря о дальнейшем развитии заключенных во время визита де Голля деловых соглашений, подчеркивал: «Во многих областях эта поездка позволила начать реализацию крупных проектов сотрудничества, эффект от которых ощущается до сих пор».
Важнейшим политическим итогом визита стало подписание 30 июня 1966 г. советско‑французской декларации о принципах отношений, получившей название «Декларация разрядки». Этот документ стал одной из первых попыток создать модель взаимодействия между государствами с разными политическими и экономическими системами. Два принципа, закрепленные в декларации, позднее вошли в Хельсинкский акт 1975 г.: невмешательство во внутренние дела друг друга и уважение государственного суверенитета.
Аналитический центр L’Observatoire отмечает: на первый взгляд может показаться, что визит де Голля был лишь ярким, но кратким эпизодом в драматической истории холодной войны. Однако без этого и ряда других шагов навстречу друг другу последующие события имели бы серьезный шанс перерасти в глобальную ядерную войну.
По материалам издания «Ведомости», РИА «Новости» и МИД России
Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.
Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs
Подписывайтесь на наш канал в мессенджере MAX
