Брусиловский прорыв. Несостоявшийся триумф

В июне 1916 года русская армия имела огромные возможности не только нанести крупное поражение германо-австрийским войскам, но и решительно повернуть весь ход Первой мировой войны в свою пользу. Но первое удалось, а второе, к сожалению, нет.

Основная причина, почему российские войска долго не могли взломать австрийскую оборону на украинском участке, крылась в наличии там глубоко эшелонированных заграждений. На бумаге они считались совершенно непроходимыми. Первая линия включала в себя окопы с рядами колючей проволоки, откуда легко простреливались позиции наступавших. Система сообщения соединяла траншеи между собой. Некоторые из них даже электрифицировали, а на внутренней третьей линии обороны австрийцы, ничего не опасаясь, разбивали цветники.

Штурм тщательно спроектированных редутов был чрезвычайно затруднен. На дальних подступах австрийцы закладывали фугасы, а при приближении открывали пулеметный огонь. Сам окоп представлял собой укрепленную точку с бетонированными бойницами и стальными щитами.

К счастью для русских войск, австрийцев преследовала нехватка рабочих рук. Внутренние линии окопов на некоторых участках фронта так и не были возведены до конца.

Решение о наступлении Русской армии летом 1916 года всеми фронтами принималось на военном совете и во многом благодаря личной инициативе генерала Алексея Брусилова, который был недоволен ранее отведенной его фронту пассивной оборонительной ролью.

С осени 1915 года Верховным главнокомандующим российскими войсками являлся император Николай II. На его вопрос, который из фронтов готов взять на себя инициативу нового наступления, командующие на севере и на западе генералы Куропаткин и Эверт отвечали уклончиво. Готовыми к бою свои войска признавал только Брусилов. Те стояли на территории современной Западной Украины.

В обсуждении с государем Брусилов отстаивал принцип одновременного наступления на большей части фронта без нанесения главного удара. Тактически это дезориентировало неприятеля, вынужденного тратить усилия на то, чтобы угадать направление основной атаки, притом, что та даже не планировалась. Имелось еще соображение — заранее нельзя было предсказать, где линия укреплений австрийцев посыплется быстрее всего.

Такая инициатива и шаги для ее воплощения были весьма необычны для генералов времен Николая II. Более того, на военном совете не понимали, отчего уже немолодой генерал так явно рискует былой военной славой и всей карьерой. Ставка также не оценила принципиальной новизны замысла атаки на протяжении всей линии фронта, которая, по мнению Брусилова, должна была сковать резервы противника, морально подавить австрийцев и лишить их возможности определить направление главного удара.

По версии, которую изложил Брусилов в своих мемуарах, убедить Николая ему не удалось. Из Ставки прибыл приказ о нанесении одного, но сокрушительного удара, однако командование фронтом бумагу проигнорировало. Неподчинение оправдали трудностями со связью: распоряжение якобы прибыло с опозданием, когда наступление уже началось.

Начало знаменитому Брусиловскому прорыву было положено массированной артподготовкой, утюжившей позиции австро-венгров с ночи 4-го до утра 6 июня, в результате была сильно повреждена первая полоса обороны противника. Перейдя в атаку, русские прорвали вражескую оборону почти одновременно на 13 участках. Фронт австрийцев рушился, притом одновременно на двух участках. Наибольшего успеха смог добиться подчиненный Брусилова генерал Алексей Каледин, будущий участник Белого движения. Его войска 6 июня ворвались в Луцк, взяв в плен десятки тысяч вражеских солдат. 13 июня этот почин поддержала 9-я армия генерала Платона Лечицкого, занявшая Черновцы. Под контролем русских вскоре оказалась вся Волынь, и боевые действия перекинулись дальше — на Буковину и Галицию. На одном из участков русские прошли Украину насквозь, выйдя к нынешней румынской границе. Там бои развернулись в труднодоступной местности Карпатских гор.

Обрадованный успехом российский Генштаб увеличил группировку Юго-Западного фронта почти вдвое в надежде на решающий прорыв, но того, к сожалению, не случилось. Брусилов в мемуарах выдвигал несколько причин неудачи, среди которых недостаток авиации, способной обеспечить контроль над линией фронта в воздухе.

Вместе с тем ключевую роль в спасении Австро-Венгерской империи сыграли свежие германские части. Без преувеличения можно сказать, что, фактически разбив австрийцев, русские столкнулись лицом к лицу с Германией. Пользы не принесло даже вступление в войну (на стороне Антанты) Румынии, вдохновленной успехами Брусилова. Немцы перебросили войска на юг и потеснили румын.

Немцы навалились на правый фланг Брусилова, где затем всё и вернулось к позиционной стадии. В общем, стратегическая инициатива была утеряна.

Результатами Брусиловского прорыва принято считать следующее: австро-венгерская армия потерпела поражение от войск Юго-Западного фронта, австрийская военная машина оказалась сломана, отныне австро-венграм требовалась постоянная помощь германцев. Войска Юго-Западного фронта выполнили и важную союзную миссию, оттянув на себя все резервы врага с итальянского фронта, что стало решающей помощью для итальянцев. Тем не менее развить тактический успех от Брусиловского прорыва в стратегический, способный положить конец войне, как это задумывал Брусилов, не удалось.

По материалам ТАСС, История.РФ, портала «Царьград»

Читайте другие материалы журнала «Международная жизнь» на нашем канале Яндекс.Дзен.

Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs

Подписывайтесь на наш канал в мессенджере MAX