США vs Иран: неравная борьба с непредсказуемыми последствиями

11:08 05.06.2019 Владимир Сажин, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, кандидат исторических наук


Исламская Республика Иран (ИРИ) за 40 лет своего существования практически всегда находилась в центре мировой политики. Это мы можем наблюдать и в последние месяцы. Более 12 лет мир волновала интрига с ядерной программой ИРИ, которая могла закончиться войной. Но тогда международная дипломатия победила, и в 2015 г. была заключена ядерная сделка (Совместный всеобъемлющий план действий – СВПД), гарантирующая безъядерный статус ИРИ лет на 20, а то ещё и с бОльшими перспективами.

Однако, как говорится в анекдоте, пришел Трамп и всё испортил. Президента США Дональда Трампа не устроили условия СВПД, где рассматривалась лишь ядерная составляющая иранской политики (как и задумывалось), и он вывел США из этой сделки. При этом Вашингтон ввел в 2018 г. против ИРИ жесткие финансово-экономические санкции.

Трамп действует в своей излюбленной манере прожженного бизнесмена: сначала запугать и подавить своего контрагента, выдвигая ему невыполнимые требования, а затем – снизив напор, на своих условиях, под свою диктовку вести переговоры.

И цель антииранской кампании не свергнуть исламский режим в Иране, и не изменить «поведение» Тегерана. Главное сегодня для Трампа - заставить иранское руководство вновь сесть за стол переговоров со Штатами на их условиях по самому широкому кругу вопросов, начиная от ядерной и ракетной программ Ирана, активной деятельность ИРИ на Ближнем Востоке и заканчивая правами человека. Это была бы серьезная победа Дональда Трампа, затмевающая достижения на иранском направлении его предшественника, ненавистного Трампу Барака Обамы.

Именно для этого вводятся санкции, подрывающие иранскую экономику. Как прямые - против ИРИ, так и вторичные - против всех физических и юридических лиц, осмеливающихся вести бизнес с Ираном.

Именно для этого усиливается военная группировка США в зоне Персидского залива.

Именно для этого проводится многоплановая работа по формированию дипломатической изоляции ИРИ.

И надо признать, что такая агрессивная антииранская политика Вашингтона, к сожалению, приносит некоторые плоды.

 

Санкции

Так, план «обнулить» иранский нефтяной экспорт мало-помалу претворяется в жизнь. Конечно, добиться стопроцентного успеха Трапу вряд ли удастся, но значительно подорвать нефтяные экспортные возможности ИРИ вполне реально.

В 2018/19 иранском финансовом году, который закончился 20 марта, Иран продавал порядка 1,3 - 1,5 млн. баррелей нефти в сутки (б/с) и получил около 50 млрд. нефтедолларов прибыли в год. Примечательно, что в марте попавшие под американские льготы на импорт иранской нефти восемь стран (КНР, Индия, Южная Корея, Япония, Тайвань, Турция, Греция, Италия) совокупно закупали в ИРИ рекордное количество нефти - 1,6 млн. б/с. Делали они это, чтобы заполнить складские объемы «под завязку» в преддверии прекращения поступлений иранской нефти.

Сегодня, после того как 2 мая США закрыли льготный период закупок иранской нефти для этих восьми стран, возможности иранского нефтяного экспорта сократились до 500 тыс. б/с., что очень  мало для пополнения бюджета страны.

Аналитики и политологи высказывали мнения, что Китай и Индия, основываясь на опыте антииранских санкций 2012 – 2016 гг., всё же продолжат закупки нефти в ИРИ, быть может, конечно, не в таких объемах.

Но произошла сенсация: Китай полностью прекратил покупку иранской нефти, о чем сообщило американское издание The Wall Street Journal (27.05.2019) со ссылкой на источники в нефтяной отрасли Ирана. Позже эту информацию подтвердил член комиссии по экономике меджлиса ИРИ Рахим Заре. Примечательно, что иранскую нефть больше не покупают даже китайские мини-НПЗ — небольшие частные компании, которые, как надеялись в Тегеране,  хотя бы в некоторой степени могли бы заменить государственные нефтегиганты.

По мнению специалистов, КНР приняла такое решение по трем причинам. Во-первых, она не хочет ещё большего обострения отношений с США во время сложнейших дебатов с американцами в рамках бушующей торговой войны. Во-вторых, Пекин разочарован несговорчивостью Тегерана в вопросе предоставления Китаю преференций по вхождению в бизнес в ИРИ, по строительству нефтеперерабатывающих объектов, в целом по расширению китайского присутствия в иранском нефтяном секторе. В-третьих, Китай уже провел большую работу по диверсификации нефтяного импорта, по замене иранской нефти.

При этом аналитики не исключают, что иранская нефть для КНР – это козырь в большой игре с США. Вполне вероятно, что китайцы будут то прекращать, то возобновлять закупки нефти у ИРИ, чтобы постоянно теребить американцев. Если всё же удастся достигнуть приемлемого соглашения со Штатами по большому торговому соглашению, то Китай будет придерживаться антииранских санкций США. Ежели Вашингтон и далее будет давить на Пекин, то китайцы, не обращая внимания ни на него, ни на санкции, продолжат нефтяные закупки у Тегерана.

Индия также заявила о прекращении закупок иранской нефти. Посол Индии в США Харш Вардхан Шрингла сообщил, что в «Нью-Дели приняли во внимание озабоченность американской администрации» и прекратили импорт иранской нефти. Решение о прекращении поставок «дорого далось» Индии, так как пришлось искать альтернативные источники энергоносителей.

Прямые закупки «черного золота» в ИРИ прекратили также Турция, Южная Корея и Япония.

Удар Трампа по иранскому нефтяному экспорту в восемь стран – основных потребителей иранской нефти и особенно в Китай, который временами закупал половину объема иранского нефтяного экспорта, можно с сожалением назвать «успехом» трамповского наступления на Иран. Причем вне зависимости от мотивации Пекина в деле поддержки американских санкций.

Администрация Трампа атакует и Европу с ее желанием торговать, в том числе и нефтью, с Ираном. Как известно, Германия, Франция и Великобритания (страны подписанты СВПД и противники политики Трампа по отношению к ИРИ) создали механизм обхода санкций под названием INSTEX (Instrument for Supporting Trade Exchanges – Инструмент для поддержки торговых обменов с Ираном). Пока он работает в тестовом режиме и пока заявлен на торговлю с ИРИ исключительно продуктами питания, лекарствами, медицинским оборудованием и сельскохозяйственной продукцией. Однако американцы не исключают санкции против INSTEX и европейских компаний в случае использования этого механизма в торговле с Ираном запрещенными товарами, в том числе и нефтью. Но европейцы не спешат навстречу ИРИ. В этой связи министр иностранных дел ИРИ Мохаммад Джавад Зариф задался вопросами: «Я спрашиваю у европейских правительств: сколько европейских компаний в данный момент ведут деятельность в Иране? Сколько европейских банков работает с Ираном? Вместо того чтобы на словах поддерживать соглашение (СВПД), лучше бы его выполняли и на практике показали свою поддержку».

Спецпосланник США по Ирану Брайан Хук как бы дал ответ главе МИД ИРИ прямолинейно заявил: «Если компанию поставить перед выбором между ведением бизнеса с США и ведения бизнеса с Ираном, то она выберет Соединенные Штаты». И действительно, до начала июня ни одна крупная европейская компания не согласилась закупать иранскую нефть даже через INSTEX. Так что угрозы США, похоже, действуют. А малым и средним фирмам этот механизм и не нужен. Им проще поучаствовать в «серых схемах».

Нет сомнений, Иран будет в состоянии продавать часть своей нефти на «чёрном» и «сером» рынках, как он уже это делает и делал раньше. Но объёмы, которые Тегеран реально сможет реализовать таким образом, не столь велики. К тому же цены на подобных рынках значительно ниже мировых. Да и издержки, которые будет вынужден понести Иран, работая с нефтью «по черному» и «по серому», велики. Поэтому в целом нефтяные доходы ИРИ будут минимальны.

Удар Трампа по нефтяному бизнесу Ирана достаточно мощный, чтобы нанести иранской экономике огромный ущерб. Как свидетельствует востоковед Николай Кожанов, темпы роста инфляции в годичном исчислении уже перевалили за 45%, сокращается нефтегазовый сектор, темпы роста экономики ещё до решения Трампа об отмене исключений из санкционного режима восьми стран прогнозировались отрицательными — минус 6%.  После этого решения снижение объёмов иранского ВВП будет ещё более значительным. Но наиболее опасно для будущего то, что Ирану фактически не дают обновлять основные фонды и средства производства, и в долгосрочной перспективе это означает деградацию если не всей экономики, то значительной её части.

Уже упомянутыйБрайан Хук подводит предварительные итоги атаки Трампа на иранскую нефть. По его словам, проблемы с финансами, вызванные американскими санкциями, ослабляют поддержку Ираном таким организациям как палестинское движение ХАМАС и проиранским шиитским группировкам. Хук утверждает, что Тегеран даже вынужден сократить свои военные расходы на 28%, о чем свидетельствует последний проект бюджета.

Финансово-экономические санкции против Ирана, организованные США, не являются единственным орудием воздействия на Тегеран.

«Политика канонерок»

Одним из элементов давления американцы выбрали не новую для них так называемую «политику канонерок», то есть демонстрацию военной силы.США направили ударную группу ВМС во главе с авианосцем USS Abraham Lincoln и тактическую группу стратегических бомбардировщиков в зону оперативной ответственности Центрального командования ВС США, в которую входят Ближний Восток и Центральная Азия. В Вашингтоне подчеркнули, что не стремятся к конфликту с Ираном, но готовы защищать силы и интересы США в регионе. 24 мая Дональд Трамп заявил об отправке дополнительно 1,5 тыс. военных на Ближний Восток в связи с эскалацией напряженности с Тегераном. Подкрепление также включает в себя зенитные ракетные комплексы Patriot и разведывательный самолет.

 

Дипломатическая блокада

Американская дипломатия воодушевила своих арабских союзников на консолидацию «перед лицом иранской угрозы». И сделать это было совсем не трудно.

Четыре основных арабских оппонентов ИРИ - Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет, воспользовавшись террористическими актами, проведенными против торговых судов в территориальных водах ОАЭ и атаками против двух нефтяных насосных станций в Саудовской Аравии, инициировали арабо-мусульманские форумы на высшем уровне. Король Саудовской Аравии Сальман ибн Абдель Азиз Аль Сауд пригласил 30 – 31 мая лидеров стран-участниц Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), Лиги арабских государств (ЛАГ) и Организации исламского сотрудничества (ОИС) на экстренные саммиты в Мекке для обсуждения ситуации с безопасностью в регионе.

Примечательно, что место и время проведения трех саммитов было выбрано для мусульман не случайно: в священный месяц рамадан в священном городе Мекке.

Интересно, что данные организации представляют собой что-то наподобие русских матрешек. Шесть членов ССАГПЗ входят в состав ЛАГ, состоящую из 23 членов, которые в свою очередь представлены в ОИС (57 членов). Конечно, каждая из организаций решает свои собственные региональные, этнические или конфессиональные проблемы. Причем два саммита – ССАГПЗ и ЛАГ были нацелены на демонстрацию единства перед «лицом иранской экспансии и угрозы». ОИС в заключительном коммюнике лишь осудила теракты против танкеров и насосных станций и призвала к обеспечению стабильности и безопасности в регионе. Кстати, на саммиты в Саудовскую Аравию прибыл премьер-министром Катара Абдалла бин Насер аль-Тани, и этот уровень, как отметили комментаторы, стал наиболее высоким за два года, минувших с начала межарабского кризиса, который ныне стремятся минимизировать как в Дохе, так и в Эр-Рияде.

Как и следовало ожидать, итоги двух саммитов для Ирана оказались неутешительные. В их итоговые документы были включены формулировки, требующие от ИРИ прекращения: «враждебности» по отношению к арабским соседям; вмешательства в дела арабских государств с упоминанием Сирии и Йемена; поставок йеменским хуситам баллистических ракет, которыми они периодически атакуют саудовскую территорию; поддержки Ираном террористических шиитских организаций в Бахрейне. Была также упомянута оккупация Ираном трех островов в Персидском заливе (Большой и Малый Томб, Абу Муса), о принадлежности которых ОАЭ уже давно спорит с Тегераном. Против жестких антииранских заявлений выступил только Ирак.

Итогом работы саммитов ССАГПЗ и ЛАГ стали и заявления глав этих организаций. Так, генеральный секретарь ССАГПЗ Абдуллатиф бин Рашид аль-Заяни заявил, что Совет подтвердил свою солидарность с Саудовской Аравией и ОАЭ после недавних атак в регионе Персидского залива. Генсек ЛАГ Ахмед Абуль Гейт сообщил, что «Чрезвычайный саммит Лиги арабских государств в Мекке призвал Иран пересмотреть свою роль в регионе».

По-видимому, предвидя столь антииранский настрой ССАГПЗ и ЛАГ, глава МИД ИРИ Мохаммад Джавад Зариф ещё до начала саммитов в Мекке предложил странам Персидского залива подписать договор о ненападении. Думается, и это было ясно с самого начала, арабы Залива не пойдут на это без согласия США. Как справедливо охарактеризовал отношения всех этих стран с США военный политолог Михаил Ходаренок, это: «или союзник Белого дома, или находится в сильной военной и финансово-экономической зависимости от Вашингтона, или ни шагу не ступит в области внешнеполитических отношений без соответствующих консультаций. А в большинстве случаев — присутствует все сразу».

 

Таким образом, было бы корректным констатировать, что экономическая, военно-политическая и дипломатическая ситуация для Ирана становится всё более сложной несмотря на некоторые подбадривающие заявления политиков некоторых стран  на Западе и на Востоке.

Возникает вечный вопрос: что делать? Логика развития событий вокруг ИРИ за последние 2 – 3 года и логика перспектив их развития диктует один вывод – Тегерану будет крайне трудно в одиночку справиться с дальнейшим обострением обстановки. Имеющиеся финансово-экономические запасы истощаются без перспективы на их пополнение. В этой ситуации, несмотря на заявления верховного лидера ИРИ аятоллы Хаменеи о недопустимости переговоров с США, в Иране растет понимание, что без диалога с «большим сатаной» вывести страну из создавшегося критического положения не получится. Об этом говорят и это обсуждают иранцы.

Президент Хасан Роухани также выражал готовность к поиску компромисса с Вашингтоном. Правда, после снятия им санкций.

С другой стороны океана госсекретарь США Майк Помпео заявил, что Соединенные Штаты готовы начать переговоры с Ираном без предварительных условий. При этом он тут же добавил, что США продолжат противостоять «злонамеренной политике» Тегерана.

Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф прокомментировал эти слова госсекретаря, заявив, что диалог возможен, если США будут разговаривать с ИРИ на равных, а не с позиции силы. Отвечая на вопрос, что бы он сказал президенту США Дональду Трампу при личной встрече, Зариф заявил, что предложил бы ему начать диалог без взаимных угроз. «Я уже говорил: угрозы в отношении Ирана никогда не работают. Никогда не угрожай иранцу. Попробуй проявить уважение — это может сработать». Официальный представитель МИД Ирана Аббас Мусави в ответ на инициативу госсекретаря США начать переговоры с ИРИ «без предварительных условий» призвал США сперва изменить свой подход к международным отношениям и начать превращать слова в действия.

 

Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции

Ключевые слова: США Иран ЛАГ санкции переговоры